ДЕКАБРИСТАМ ДЛЯ ПОБЕДЫ В ВОССТАНИИ ПРЕЖДЕ ВСЕГО ТРЕБОВАЛАСЬ РЕШИТЕЛЬНОСТЬ, НО ИМЕННО ЕЁ У НИХ ОКАЗАЛОСЬ СЛИШКОМ МАЛО.
российский историк и блогер Иван Правдолюбов
14 декабря 1825 года (по старому стилю, по новому – 26 декабря) в столице Российской империи Санкт-Петербурге состоялось восстание (мятеж) декабристов. Они все являлись дворянами, служили чиновниками, офицерами флота и сухопутных войск, большинство из них имели в собственности поместья и крепостных крестьян, были всячески обласканы царской властью, но тем не менее, наплевав на всё это, презрев свой высокий социальный статус, взбунтовались против царя и попытались устроить в стране военную революцию. Как известно, данное восстание закончилось его полным разгромом (сгруппировавшиеся на Сенатской площади мятежные войска были окружены войсками, поддержавшими только что вступившего на царский престол императора Николая I, после чего были расстреляны орудийными выстрелами и обратились в бегство).
Расстрел декабристов на Сенатской площади пушками правительственных войск
Подавление восстания повлекло большие жертвы. Погибло: 282 солдата, 1 генерал, 903 гражданских лица (из них 79 женщин, 150 детей); 5 наиболее враждебных царизму декабристов (П.И.Пестель, К.Ф.Рылеев, М.П.Бестужев-Рюмин, С.И.Муравьёв-Апостол, П.Г.Каховский) по решению Николая I были повешены (по его приказу всех их перед казнью отпели в церкви заживо); подвергнутых царём другим видам наказаний, в том числе каторге, было гораздо больше.
Прощание декабристов друг с другом перед казнью
Отсюда возникает вопрос: могло ли вообще (хотя бы гипотетически) восстание декабристов закончиться победой? Данному вопросу и посвящена настоящая статья.
Император Николай I в 1820-е годы
Чтобы ответить на поставленный вопрос следует обратиться к плану вооруженного восстания декабристов.
Как явствует из материалов расследования, проведенного по приказу Николая I после подавления мятежа, план вооружённого восстания носил устный характер. Разработан он был в течение 5-6 дней до начала восстания двумя главными руководителями Северного тайного общества декабристов: гвардейским полковником и князем С.П.Трубецким (он же был назначен декабристами непосредственным предводителем восстания – диктатором), роль которого в составлении плана была ведущей, и чиновником Русско-американской компании (а заодно еще и поэтом) К.Ф.Рылеевым.
Декабрист Сергей Петрович Трубецкой (годы жизни: 1790-1860)
План сводился к следующему.
Декабрист Кондратий Фёдорович Рылеев (годы жизни: 1795-1826)
В восстании должны были быть задействованы солдаты и матросы столичного гарнизона. (Чтобы они согласились участвовать в данном антиправительственном мятеже планировалось воспользоваться лозунгом защиты прав великого князя Константина Павловича, которого младший брат Николай Павлович (то есть Николай I) якобы не допустил к положенному тому в соответствии с законом наследованию престола после недавней кончины императора Александра I; для повышения заинтересованности рядовых чинов им следовало внушить, что Константин Павлович, если всё-таки возьмёт царскую власть в свои руки, значительно уменьшит срок военной службы. Трубецкой и Рылеев очень надеялись таким обманом переманить весьма значительную часть солдат и матросов на сторону декабристов).
Декабристы скрывали от солдат и матросов нежелание Константина быть царём!
Капитан А.И.Якубович, командуя Гвардейским морским экипажем, а также лейб-гвардии Измайловским полком внезапным штурмом должен был захватить Зимний дворец и взять в плен пребывающую в нём царскую семью вместе с Николаем I. Это давало декабристам важный козырь – члены царской семьи и сам император оказывались у них в заложниках со всеми вытекающими из сего для восставших благоприятными последствиями.
Декабрист Александр Иванович Якубович (годы жизни: 1792-1842)
(Рылеев, кроме того, проявляя личную инициативу, втайне от Трубецкого дал задание отставному поручику Каховскому после захвата декабристами Зимнего дворца проникнуть в него и убить Николая I. Представленный впоследствии императору доклад Следственной комиссии описывал это следующим образом: «Рылеев при Оболенском, Пущине (старшем, приехавшим из Москвы) и Александре Бестужеве говорил Каховскому, обнимая его: „Любезный друг! Ты сир на сей земле, должен пожертвовать собою для общества. Убей императора!“. И с сими словами все прочие бросились также обнимать его. Каховский согласился, хотел 14 числа, надев лейб-гренадерский мундир, идти во дворец, или ждать ваше величество на крыльце»).
Одновременно полковник А.М.Булатов, командуя лейб-гвардии Гренадерским полком, должен был занять Петропавловскую крепость, которая являлась арсеналом (хранилищем) вооружения и боеприпасов всех гвардейских полков Петербурга.
Декабрист Александр Михайлович Булатов (годы жизни: 1793-1826)
Параллельно с осуществлением указанных выше боевых действий планировалось вывести на Сенатскую площадь 6 гвардейских полков, захватить с их помощью здание Сената (высшего государственного органа, осуществлявшего в империи надзорные функции за деятельностью государственных учреждений) и после переговоров с сенаторами, которые должны были к тому времени прибыть туда для принятия присяги императору Николаю I (переговоры собирались провести Рылеев и декабрист И.И.Пущин, а декабрист Г.С.Батеньков вызвался произнести в Сенате пламенную речь в пользу представительного правления) убедить или принудить их подписать политический манифест, составленный Трубецким (вот, кстати, текст основных его положений – он в ночь с 14 на 15 декабря 1825 был найден в бумагах Трубецкого в ходе проводимого в его кабинете обыска; привожу данный текст с целью, чтобы никто из вас, уважаемые читатели, не подумал, что декабристы замышляли что-то плохое для России: «В Манифесте Сената объявляется: 1-е. Уничтожение бывшего [государственного] правления (то есть уничтожение абсолютистского монархического правления). 2. Учреждение временного [государственного правления] до установления постоянного [государственного правления] выборными [лицами] (то есть до установления демократической формы правления). 3. Свободное тиснение (то есть свобода печати) и потому уничтожение цензуры. 4. Свободное богослужение всем верам (то есть свобода вероисповедания). 5. Уничтожение права собственности, распространяющейся на людей (то есть полная отмена в России крепостного права — фактического рабства!!!). 6. Равенство всех сословий перед законом и потому уничтожение военных судов и всякого рода судных комиссий, из коих все дела поступают в ведомства ближайших судов гражданских (в то время представители разных сословий несли разную ответственность перед законом и судили их разные суды; самая мягкая ответственность была у дворян, самая суровая — у крепостных крестьян, которых, как правило, судил их хозяин (разумеется, он всегда был дворянином), не пребегая к помощи государства). 7. Объявления права всякому гражданину заниматься чем он хочет, и потому дворянин, купец, мещанин, крестьянин (в том числе бывший крепостной крестьянин, то есть бывший раб!!!) все равно имеют право вступать в воинскую и гражданскую службу и в духовное звание, торговать оптом и в розницу, платя установленные повинности для торгов. Приобретать всякого рода собственность, как то: земли, дома в деревнях и городах; заключать всякого рода условия между собою, тягаться друг с другом пред судом. 8. Сложение (то есть отмена, снятие) подушных податей и недоимок по оным (в России подушную подать платили крестьяне и горожане-простолюдины; сами декабристы, будучи дворянами, то есть представителями привелигированного сословия, подушным тяглом царской властью не облагались). 9. Уничтожение монополий, как то: на соль, на продажу горячего вина и проч. и потому учреждение свободного винокурения и добывания соли, с уплатой за промышленность с количества добывания соли и водки. 10. Уничтожение рекрутства и военных поселений (от рекрутской повиннности и тем паче от проживания в военных поселениях крестьяне в России просто выли, так они были им отвратительны). 11. Убавление срока службы военной для нижних чинов, и определение оного последует по уравнении воинской повинности между всеми сословиями. 12. Отставка всех без изъятия нижних чинов, прослуживших 15 лет (в России с 1762 года солдаты обязаны были служить 25 лет). 13. Учреждение волостных, уездных, губернских и областных правлений, и порядка выборов членов сих правлений, кои должны заменить всех чиновников, доселе от гражданского правительства назначенных. 14. Гласность судов. 15. Введение присяжных [заседателей] в суды уголовные и гражданские [для обеспечения их независимости и беспристрастности]»).
Декабрист Иван Иванович Пущин (годы жизни: 1798-1859)
Составители плана предполагали, что всё это в своей совокупности парализует государственный аппарат, вызовет растерянность в правящих верхах и бездействие войск, не участвующих в восстании, в результате чего власть в столице окажется в руках восставших.
Декабрист Гавриил Степанович Батеньков (годы жизни: 1793-1863)
В случае неудачного хода восстания Трубецкой и Рылеев полагали возможным вступить в переговоры с Николаем I и требовать созыва народного представительства в обмен на согласие принести присягу императору.
Декабристы (князь С.П.Трубецкой и др.) обсуждают план восстания
План в военном и политическом отношении, в принципе, был неглупым, но осуществить его декабристы не смогли. С самого начала всё пошло не так, как планировалось.
Каховский в день восстания отказался совершать убийство Николая I (хотя возможность этого у него имелась даже без завладения восставшими Зимнего дворца, ибо он, будучи в гражданской одежде, мог приблизиться к находившемуся невдалеке от Сенатской площади императору на расстояние пистолетного выстрела). Это привело к тому, что император, ставший главным организатором подавления восстания, не был выведен из строя и продолжал активно действовать.
Декабрист Пётр Григорьевич Каховский (годы жизни: 1797-1826)
Ранее воевавший на Кавказе и прославившийся там лихими набегами на горцев капитан Якубович, строивший из себя перед заговорщиками мужчину с очень крутым нравом (он говорил им: „Я не люблю никаких тайных обществ. По моему мнению, один решительный человек полезнее всех карбонариев и масонов“) и незадолго до мятежа требовавшего от них поручить ему убийство царя, в день восстания предал дело декабристов: действуя также самовольно, как и Каховский, он отказался вести упомянутые выше воинские части на штурм Зимнего дворца и штурм не состоялся. (Кстати, 14 декабря Николая I мог убить и он, поскольку явившись в тот день на Сенатскую площадь, ему удалось вплотную приблизиться к находившемуся возле неё императору. При этом Якубович засунул руку в свой карман – в нём, скорей всего, был пистолет. В сей миг, в который мог измениться ход истории, восседающий на коне Николай I положил свою ладонь на плечо Якубовичу и тот, присмирев, так ничего и не вынул из кармана, но вступил в диалог с императором, о котором позже тот поведал сам: «он (то есть Якубович) мне дерзко сказал: „Я был с ними (то есть с мятежниками), но услышав, что они за [вашего брата] Константина, бросил [их] и явился к вам“. Я взял его за руку и сказал: „Спасибо, вы ваш долг знаете“». В дальнейшем Якубович, несмотря на эти слова благодарности, высказанные ему самим царём, был арестован и после проведённого расследования приговорён судом к отсечению головы — Николай I своим решением заменил горе-мятежнику смертную казнь на вечную каторгу).
А.И.Якубович имел решительный вид, но не имел политической решимости !
Полковник Булатов 14 декабря тоже отказался участвовать в восстании. (Незадолго до восстания он предупреждал Рылеева, что возглавит лейб-гвардии Гренадерский полк только при условии, что на Сенатскую площадь декабристами будет выведено не менее 4-5 тысяч вооруженных людей, усиленных артиллерией и кавалерией. Рылеев обещал ему, что так оно и будет. Однако 14 декабря, не увидев на Сенатской площади ожидаемого количества восставших, Булатов посчитал себя полностью свободным от обещания идти на захват Петропавловской крепости. При этом он целый день кружил вокруг Сенатской площади с двумя пистолетами в карманах, в том числе был рядом с Николаем I, то есть тоже мог запросто убить его, но, как и Каховский с Якубовичем, на цареубийство не решился).
А.М.Булатов был слишком мягок для революционера!
Убедить рядовых чинов встать на мнимую защиту интересов Константина Павловича декабристам удалось лишь в очень немногих войсковых частях. Поэтому на Сенатскую площадь 14 декабря вышли не 6 гвардейских полков, а только Гвардейский морской экипаж (который, вообще-то, по плану, должен был брать штурмом Зимний дворец), лейб-гвардии Гренадерский полк (который, вообще-то, согласно того же плана, должен был захватывать Петропавловскую крепость) и лейб-гвардии Московский полк — общей численностью около 3100 человек (он, по плану, как раз-таки и должен был выйти на Сенатскую площадь). При этом первым на Сенатскую площадь где-то между 10 и 11 часами явился Московский полк (около 800 штыков), вторыми к 13 часам — одна рота гренадерского полка под командованием поручика А.Н.Сутгофа (около 200 штыков) и морской экипаж (около 1100 штыков), третьим к 14 часам 30 минутам – почти вся оставшаяся часть гренадерского полка под командованием поручика Н.А.Панова (около 1000 штыков).
Так развивалось восстание декабристов
Однако в здании Сената к прибытию к нему Московского полка сенаторов уже не оказалось (они приняли присягу чуть раньше запланированного часа и разъехались кто-куда), в связи с чем захватывать данное здание стало, в общем-то, уже незачем (восставшие конечно могли ворваться в него и занять в нём оборону, но такая пассивная тактика лишь на незначительное время отодвинула бы их полный разгром).
Военные силы декабристов возле здания Сената в окружении правительственных войск
В итоге получилось, что своим появлением на Сенатской площади воинские формирования декабристов только превратили себя в отличную мишень для войск, сохранивших верность царю. Кроме того, их выход на Сенатскую площадь полностью демаскировал восстание и лишил его элемента внезапности, что позволило Николаю I, быстро оправившись от психологического шока и трезво оценив ситуацию (в ходе мятежа он показал себя очень волевым человеком!!!), приступить к решительным действиям: начать стягивать к Сенатской площади преданные ему войска, готовить эвакуацию своей семьи в Царское село, усилить охрану Зимнего дворца лейб-гвардии Сапёрным батальоном (около 1000 штыков).
Николай I возле Зимнего дворца 14 декабря 1825 года перед строем сапёров-гвардейцев
Как я уже упомянул выше, Московский полк (около 800 штыков) прибыл на Сенатскую площадь между 10 и 11 часами 14 декабря. В этот момент у восставших был отличный шанс, быстро сориентировавшись в фактически сложившейся обстановке, броситься прямо с Сенатской площади на штурм Зимнего дворца (благо между площадью и дворцом расстояние совсем небольшое), который тогда охранялся всего одной караульной ротой лейб-гвардии Финляндского полка (300 штыков), захватить его и взять в нём в плен как царскую семью, так и Николая I. (Семья царя – супруга, три дочери и сын, то есть будущий император Александр II – оставались в Зимнем дворце вплоть до конца восстания. Сам же Николай I покинул дворец не ранее 11 часов 30 минут, а более вероятней, даже значительно позже. Такой вывод можно сделать на основании записок самого императора: «От двора повелено было всем, имеющим право на приезд, собраться во дворец [для принятия присяги мне] к 11 часам [14 декабря]. Вскоре засим прибыл ко мне граф Милорадович с новыми уверениями совершенного спокойствия. Засим был я у [своей] матушки, где его снова видал, и [после этого] воротился к себе [в дворцовые покои]. Приехал [затем во дворец] генерал Орлов, командовавший конной гвардией, с известием, что полк принял присягу; поговорив с ним довольно долго, я его отпустил»). В этом случае, держа в заложниках самого царя (!!!) и его ближайших родственников, декабристы стали бы королями положения и получили бы возможность диктовать всем свои условия.
Николай I, его супруга и их сын Александр — наследник царской короны
Но этим шансом декабристы не воспользовались и стали тупо стоять со своими солдатами на Сенатской площади. Данная нерешительность была обусловлена тем, что на Сенатскую площадь не явился, струсив и предав своих товарищей, так называемый диктатор – Трубецкой.
Фотография С.П.Трубецкого 1857 года — позади суд, каторга и ссылка
(Последний с Дворцовой площади, выглядывая из-за угла здания Главного Штаба, — где, кстати, был замечен и узнан находившимcя перед этим заданием Николаем I — немного понаблюдал за тем, как разворачиваются события на Сенатской площади, после чего ушёл на набережную Фонтанки в квартиру своего родственника (мужа сестры его жены) – австрийского посла Людвига Лебцельтерна, где чуть позже и был арестован властями. Впоследствии свидетель тех событий граф С.Г.Строганов рассказывал: Трубецкой «расстроенный прибежал в дом к его отцу (то есть к отцу Строганова) и, не зная, что делать, подошёл к окну и стал барабанить по стеклу; так прошло некоторое время. Француженка, бывшая гувернанткой в их доме, не выдержала и громко сказала ему: „Постыдитесь! Тут ли ваше место, когда кровь ваших друзей льётся на площади? Так-то вы понимаете Ваш долг“. Он схватил шляпу и пошёл – куда вы думаете? – спрятаться в [квартиру] к австрийскому послу»).
Николай I (верхом на коне) в день восстания смотрит на С.П.Трубецкого
Рылеев явился на Сенатскую площадь. Но, видя отсутствие Трубецкого, он, несмотря на то что был одним из ведущих лидеров декабристского движения, не показал должных волевых качеств и не взял руководство восстанием в свои руки, а быстренько отправился искать Трубецкого — назад к зданию Сената он больше не пришёл.
Таким образом, восставшие оказались на Сенатской площади вообще без руководителей. Те декабристы, которые оставались на площади, просто не знали, что делать дальше и неудивительно, что их тоже сковала нерешительность, за которую они в скором времени горько поплатились. В конце концов они прямо на площади избрали себе нового предводителя (диктатора) – князя Е.П.Оболенского. Но последний тоже никакой решимости не проявил, видимо, посчитав, что уже поздно действовать активно – площадь со всех сторон была блокирована группировкой правительственных войск из около 9000 пехотинцев, около 3000 кавалеристов и 36 артиллерийских орудий.
Декабрист Евгений Петрович Оболенский (годы жизни: 1796-1865)
Да, в тот момент попытка штурма Зимнего дворца действительно сулила уже гораздо меньше перспектив, ибо, во-первых, чтобы добраться до Зимнего дворца требовалось прорвать окружение из правительственных войск; во-вторых, охрана Зимнего дворца Николаем I к тому времени была уже значительно усилена (то есть штурм мог захлебнуться); в-третьих, Николай I тогда уже не находился в Зимнем дворце, что значительно снизило политическую значимость захвата дворца; в-четвёртых, Николай I, покинув Зимний дворец, передвигался в районе самого дворца и Сенатской площади верхом на коне, а потому пешие восставшие в ходе штурма не смогли бы его пленить или убить, поскольку от них он попросту бы ускакал.
Император Николай I возле Сенатской площади 14 декабря 1825 года
Хотя кто знает… Как говорится, смелость города берет! Нельзя полностью исключать вероятность того, что восставшие все-таки смогли бы решительным напором внести сумятицу в стоящие перед ними правительственные войска (а те морально были не шибко сильны, ибо Николай I в солдатской среде в целом популярностью не пользовался), прорваться к невской набережной или к самой Неве (до них им было всего-то десятка три метров), по набережной или по льду реки добраться до Зимнего дворца и затем, численно превосходя войсковую охрану дворца, завладеть им и пленить царскую семью, после чего вступить с Николаем I в переговоры, выторговывая у него политические уступки. Но опять же отсутствие на Сенатской площади реального предводителя восстания помешало декабристам набраться духа пойти по этому пусть и опасному, но дающему хоть какой-то шанс на победу пути.
Дислокация восставших и правительственных войск в районе Сенатской площади
Стоит заметить, что одержать победу восставшим могло помочь стечение отдельных обстоятельств, которые хотя и не сложились в удачный для них пазл, но, будь декабристы поумней, могли сложиться в него. В данном случае я имею ввиду следующее…
Как я уже говорил, полковник Булатов в самый ответственный момент не пожелал встать во главе лейб-гвардии Гренадерского полка и повести его на Петропавловскую крепость. Однако данный полк всё же восстал: одну из его рот возглавил поручик Сутгоф, а остальную часть полка — поручик Панов. (Последние к числу вождей декабристов не принадлежали, а являлись всего лишь рядовыми заговорщиками. Но солдаты им поверили и поддались на распространяемую ими агитационную ложь о попранных правах Константина Павловича. Как позже было указано в докладе Следственной комиссии, «… поручик Сутгоф <…> пришёл к своей [гренадерской] роте с словами: „Братцы! Напрасно мы послушались [и присягнули Николаю Павловичу], другие полки не присягают [ему] и собрались на Петровской площади (так в народе называли часто Сенатскую площадь); оденьтесь, зарядите ружья, за мной [идите] и не выдавайте [меня]. Ваше жалование у меня в кармане, я раздам его без приказу“. Почти вся рота, несмотря на увещания [верного присяге] полкового командира Стюрлера, последовала за Сутгофом, который беспрепятственно повторял: „Вперёд! Не выдавайте!“ Между тем другой поручик — Панов <…> бегал [в Гренадерском полку] из роты в роту, возбуждая рядовых уверениями, что их обманули, что им будет худо от прочих полков и Константина Павловича; когда же командир [сего] полка вызвал [полковые] батальоны и велел заряжать ружья, чтобы вести против мятежников <…>, Панов бросился в середину колонны [солдат-гренадёров] и, подав знак возмущения криком „ура“, повёл несколько рот в расстройстве на Сенатскую площадь»).
Декабрист Александр Николаевич Сутгоф (годы жизни: 1801-1872) )
Примерно в 12 часов дня поручик Сутгоф вывел одну роту гренадёров (около 200 штыков) из казарм и по льду Невы привёл её на Сенатскую площадь (ввиду незначительной численности данного отряда погоды для находившихся на ней восставших это не делало). При этом, следуя на сию площадь, он со своей ротой совершенно свободно прошел через всю (!!!) Петропавловскую крепость и не стал её захватывать. А ведь возможность взять её под свой контроль фактически без боя у него была! Если бы он сделал это (что, кстати, и предусматривалась планом Трубецкого и Рылеева), то ситуация для восставших сразу серьёзно изменилась бы в лучшую для них сторону, ведь под прицелом крепостной артиллерии оказался бы центр столицы (в том числе Зимний дворец и Сенатская площадь).
Фотография А.Н.Сутгофа 1857 года — после каторги и ссылки он вновь на военной службе
Во 2-м часу дня поручик Панов, выведя из казарм солдат гренадерского полка (почти всех — за исключением караульных и той гренадёрской роты, которую чуть раньше увёл Сутгоф), повёл их к Сенату через покрытую льдом Неву, Миллионную улицу и Дворцовую площадь. На Миллионной улице взбунтовавшиеся гренадёры встретились с артиллеристами, которые по приказу Николая I тащили к Сенатской площади пушки (те самые, из которых чуть позже восставшие будут расстреляны). Тут Панов допустил ошибку: вместо того, что затрофеить эти пушки (что он мог сделать легко) и увезти их с собой (желательно вместе с артиллеристами), он не тронул их. А зря! Был упущен шанс усилить восставших артиллерией (если бы этим шансом Панов воспользовался, то тогда ещё неизвестно кто по кому открыл бы артиллерийский огонь: правительственные войска по восставшим или наоборот).
Декабрист Николай Алексеевич Панов (годы жизни: 1803-1850)
Далее, ещё до появления на Сенатской площади, Панов, действуя вне всяких планов декабристов, привёл свой отряд (около 1000 штыков) к Зимнему дворцу и, руководствуясь собственным усмотрением, фактически предпринял попытку завладеть им. Так, его гренадёры ворвались во внутренний двор дворца. Однако в этом дворе вход во дворец им преградили упомянутые выше сапёры (около 1000 штыков), которых к тому времени Николай I уже успел туда подтянуть. Если бы Панов рискнул пойти на штурм дворца, то имея немалое число штыков в своём распоряжении, он, возможно, смог бы его захватить, взять в плен находившуюся там царскую семью и благодаря этому приступить к политическому шантажу Николая I.
Фотография Н.А.Панова 1845 года — в сибирской ссылке после отбытия каторги
Однако завладеть Зимним дворцом Панову было бы трудно: перевес в численности штыков был на стороне его противников, ведь помимо сапёров во внутреннем дворе Зимнего дворца в самом дворце находилась ещё также и упомянутая выше караульная рота из 300 штыков! При этом поставленные на защиту дворца сапёры, готовы были драться за Николая I насмерть, поскольку тот, до принятия царской короны, то есть будучи ещё не императором, а великим князем, являлся шефом сапёрного батальона и всячески их опекал. Панов, видимо, осознав, что штурм Зимнего дворца будет очень кровавым, а успешное его завершение не гарантировано, не решился его начать. Он, крикнув гренадёрам „Да это не наши!“, вывел их из внутреннего двора дворца на Дворцовую площадь и тут совершенно случайно столкнулся с Николаем I и его совсем немногочисленной свитой. Прояви Панов сообразительность, он легко бы мог пленить императора, приступить к политическому давлению на него, и, прикрываясь им как живым щитом, начать диктовать прониколаевским войскам и царским сановникам условия декабристов. Однако Панов не догадался этого сделать. Оставив в покое императора, он побежал с гренадёрами на Сенатскую площадь навстречу своему поражению.
Пути следования к Сенатской площади отрядов А.Н.Сутгофа и Н.А.Панова
(Сам Николай I впоследствии вспоминал: «… увидел я в совершенном беспорядке со знамёнами <…> лейб-гренадерский полк, идущий толпой. Подъехав к ним, ничего не подозревая, я хотел остановить [сих] людей и выстроить; на моё – „Стой!“ [гренадёры] отвечали мне: „Мы [не за вас, а] за Константина“. Я указал им на Сенатскую площадь и сказал: „Когда так, — то вот вам дорога“. И вся сия толпа прошла мимо меня, сквозь все [верные нам] войска к своим одиноко [стоящим на Сенатской площади] заблуждённым товарищам. К счастию [нашему], что сие [именно] так было, ибо иначе бы началось кровопролитие под окнами [Зимнего] дворца и участь бы наша была более, чем сомнительна»).
Николай I указывает гренадёрам поручика Н.А.Панова на Сенатскую площадь
С учётом всего вышесказанного можно резюмировать: шанс на победу в восстании у декабристов был. При некотором везении они могли бы добиться успеха. Более того, если бы не отказ Якубовича, Булатова, Трубецкого следовать предварительно разработанному плану восстания, то победа почти наверняка досталась бы именно декабристам. (В таком случае непоследовательное поведение Каховского отрицательной роли не сыграло бы. Его отказ убить Николая I пошёл бы только на пользу восстанию. На мой взгляд, декабристам полезней было бы не убивать Николая I, а взять его в плен – казнить они смогли бы его и позже, уже после захвата государственной власти в России. Если бы он был жив и находился у декабристов в плену, то у них фактически появилась бы возможность делать всё что угодно! Смысл лишить Николая I жизни у декабристов появился лишь в тот момент, когда их восстание стало оборачиваться полным крахом. Вот тогда, если бы Каховский (ну, или Якубович, Булатов) действительно убил Николая I, в правительственном лагере, конечно бы, возникла паника, воспользовавшись которой, декабристы могли переломить ситуацию и склонить чашу весов в свою сторону).
Суд над поверженными декабристами
Вообще, слабость разработанного Трубецким и Рылеевым плана заключалась в его чрезмерной масштабности. Этот план был рассчитан на вовлечение в восстание многочисленных военных сил, собрать которые было проблематично (особенно при условии, что те лица, которые должны были собирать эти силы и руководить ими не обладали должным мужеством).
Гражданская казнь (лишение дворянства, чинов и орденов) декабристов-моряков в Кронштадте
А если бы план был другим: более простым, но не менее эффективным?
Например, если бы Трубецкой и Рылеев не стали отвлекаться на Сенат и Петропавловскую крепость, а поставили перед восставшими войсками только одну цель – выход на Дворцовую площадь, незамедлительное завладение Зимним дворцом и пленение Николая I со всем его семейством?
Думаю, это было бы более рациональным решением. Внезапно захватить охраняемый одной караульной ротой Зимний дворец было по силам, как я уже отмечал выше, даже одному Московскому полку. В этом случае пленение Николая I и его семьи полностью развязало бы руки декабристам. Пока Николай I и его семья находились бы во власти декабристов, никто не посмел бы сделать в них ни единого выстрела. Тогда Россия пошла бы совсем другим историческим путём и, может быть, смогла бы избежать случившихся с ней в ХХ веке чудовищных по силе социальных и военных потрясений с их огромными жертвами.
Но, увы, история не знает сослагательного наклонения.
Если вам понравилась статья, не забудьте поставить лайк! Комментарии к статье приветствуются! Если вы желаете получать уведомления о моих новых статьях, сделайте соответствующую подписку на сайте «Эрудит».
17 февраля 2020 года
P.S. Иллюстративный материал заимствован из общедоступных ресурсов Интернета, не содержащих указаний на авторов этих материалов и каких-либо ограничений для их заимствования.
Неплохой сайт. Дизайн интересный.
Хорошо бы вставить этот текст (и текст про Берию) в ЕДИНЫЙ школьный учебник истории. Конечно, это будет возможно, когда изменятся порядки в стране (если они, конечно, когда-нибудь изменятся).
Что-то мало реакции читателей на статью. Подозрительно нехорошая тишина.
Круто! Узнал для себя в изложенном материале некоторые очень важные
моменты. Вы написали эту статью чрезвычайно хорошо!
Интересный пост!
Если бы декабристы победили, то скорее всего революций 1917 года в России не было бы.
Очень жаль, что восстание декабристов не победило. Автор статьи прав… Если бы победа все-таки досталась декабристам, то России удалось бы избежать в будущем многих бед и безобразий.
Как жаль, что восставшим декабристам не удалось победить. Они были молодыми, с высокими статусом дворян, выступили против царизма в России и этого противного царского рода Романовых. Упрямый император Николай Первый, не пожелавший выслушать декабристов и провести реформы в России, погубил пушечным расстрелом кучу людей, подверг казни самых честных из декабристов, для которых главным было — благо российского народа. Так что царскому роду Романовых досталось в 1918 году от большевиков по заслугам — ответили за все, в том числе и за тупую недалекость Николая Первого. Царствие небесное благородным декабристам, не струсившим и набравшимся смелости выйти на Сенатскую площадь. Горжусь ими!
Спасибо А.С.Пушкину, посвятившему осужденным декабристам стихотворение, в котором есть такие слова: «Во глубине сибирских руд, храните гордое терпение. Не пропадет Ваш скорбный труд и дум высокое стремление…».