СОВЕТСКАЯ ЭКОНОМИКА БЫЛА УНИКАЛЬНОЙ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СИСТЕМОЙ, ОТ КОТОРОЙ НАПРАСНО ОТКАЗЛИСЬ И КОТОРУЮ ЕСТЬ НАСТОЯТЕЛЬНАЯ НЕОБХОДИМОСТЬ ПОЛНОСТЬЮ ИЛИ ХОТЯ БЫ ЧАСТИЧНО ВОЗРОДИТЬ В БУДУЩЕМ.
российский историк и блогер Иван Правдолюбов
Советская экономика (по-другому, социалистическая экономика) по историческим меркам относительно недавнее прошлое России. От неё она отказалась немногим более 30 лет назад, заменив её на экономику капиталистическую. Но стоило ли производить сию замену? Стала ли новая экономика России эффективней прежней? Об этом я и порассуждаю в своей очередной статье, которую, как обычно, размещаю на историческом и познавательном сайте «Эрудит».
Советская экономика всегда носила большей частью импровизационный характер. Обусловлено это было тем, что однозначного понимания того, какой именно должна быть советская экономика, как именно она должна быть устроена, никогда не существовало. Её чёткой научной концепции создано так и не было, даже несмотря на то, что попытки по её разработке в СССР (Союзе Советских Социалистических Республик или просто в Советском Союзе, который был не чем иным, как формой исторической России) предпринимались постоянно.
Так, И.В.Сталин говорил в этой связи советскому учёному-обществоведу и главному редактору журнала «Коммунист» Д.И.Чеснокову (здесь и далее самое важное буду подчёркивать): «Вы должны в ближайшее время заняться вопросами дальнейшего развития [экономической] теории [социализма]. Мы можем что-то напутать в хозяйстве, но так или иначе мы выправим положение. Если [же] мы напутаем в теории, то загубим всё дело. Без теории нам смерть, смерть!»).
Дмитрий Иванович Чесноков (годы жизни: 1910-1973)
Теоретическим фундаментом советской экономики служило философское, политическое и экономическое учение марксизма. Но основоположники этого учения Карл Маркс и Фридрих Энгельс об экономике социализма, которой в их бытность даже не пахло, высказались в своих трудах лишь в самых общих чертах. По их мнению, атрибутами такой экономики станут обобществлённые (в том числе огосударствленные) средства производства, планирование производства, отсутствие товарного производства, подчинение производства не частному, а общественному регулированию, производство ради удовлетворения потребностей, а не ради достижения прибыли, справедливое распределение результатов производства (то есть по труду). Вот, пожалуй, и все их соображения по данному поводу!
Карл Маркс (годы жизни: 1818-1883)
В принципе, Маркс и Энгельс на теоретическом уровне вид социалистической экономики в целом описали вполне ясно (хотя, конечно, поводы для дискуссий оставили; например, советские политэкономы яростно спорили есть или нет при социализме товарное производство). Но, живя в ХIХ веке, классики марксизма, естественно, не могли разработать для коммунистов ХХ века инструкции того, как добиться (тем более в российских условиях!!!) реализации перечисленных выше политэкономических постулатов на практике, как, основываясь на них, создать экономику не абы какую, а эффективно работающую, способную успешно решать все стоящие перед обществом экономические задачи и обеспечивать его быстрый экономический рост.
Фридрих Энгельс (годы жизни: 1820-1895)
В связи с этим уже возглавленное В.И.Лениным самое первое советское правительство стало проводить экономическую политику, исходя из конкретных текущих условий, активно используя метод проб и ошибок (других вариантов, увы, просто не было). Преемники Ленина во власти (И.В.Сталин, затем Н.С.Хрущёв, ну и т.д.) продолжили действовать в том же духе.
Владимир Ильич Ленин (годы жизни: 1870-1924)
В итоге советская экономика в Советской России (Советском Союзе) в разное время была разной. Выделю следующие этапы (периоды) её развития, в каждом из которых она имела вид, существенно отличный от её же вида на предыдущем этапе (данные этапы, переходя один в другой, смешивались на стыках): 1) экономика первых месяцев большевистского правления (1917-1918 гг.); 2) экономика военного коммунизма (1918-1921 гг.); 3) экономика НЭПа (1921-1928 гг.), 4) сталинская экономика (1928-1953 гг.), 5) хрущёвская экономика (1953-1964 гг.); 6) брежневская и постбрежневская экономика (1964-1985 гг.); 7) горбачёвская экономика (1985-1991 гг.). Дам краткое (насколько возможно) описание этих этапов (без сего исторического экскурса аргументировано ответить на поставленные в начале статьи вопросы не удастся).
Советская экономика
Итак, советская экономика её первого этапа (1917-1918 гг.)…
Большевики-ленинцы, свергнув 7 ноября 1917 года (все даты в статье я привожу по действующему в России с 14 февраля 1918 года григорианскому календарю) в Петрограде Временное правительство и таким способом взяв в свои руки власть в России, сразу же столкнулись с экономической разрухой, которая к тому времени охватила всю страну. Неслучайно Ленин ещё в сентябре 1917 года (то есть ещё до прихода к власти) писал: «России грозит неминуемая [экономическая] катастрофа. Железнодорожный транспорт расстроен неимоверно и расстраивается всё больше. Железные дороги встанут. Прекратится подвоз сырых материалов и угля на фабрики. Прекратится подвоз хлеба… Дошло до массовой безработицы… Мы приближаемся к краху всё быстрее и быстрее, ибо война не ждёт, и создаваемое ею расстройство всех сторон народной жизни всё усиливается».
Свержение Временного правительства большевиками
Причины разрухи, как правильно подметил Ленин, коренились в затянувшейся Первой мировой войне. Дело в том, что экономика Российской империи к 1914 году (то есть к году начала войны) была динамичной, но хрупкой и совершенно не готовой к тотальной многолетней войне (война – это всегда дорого, а длительная война – всегда очень, очень дорого!!!). Однако император Всероссийский Николай II, оказавшийся на поверку крайне недалёким политиком, переоценив по своему недоумию силы руководимого им государства, не только позволил втянуть Россию в мировую войну, но и, не выдержав экзамен войной (в ходе такого экзамена сразу становится видно кто умный, а кто дурак!!!) показал себя весьма бестолковым правителем и совершенно неспособным по ходу событий преодолевать выявившиеся экономические дисбалансы.
Царь-император Николай II (годы жизни: 1868-1918)
Вследствие расстройства хозяйственной жизни страны доходы государственного бюджета в годы войны существенно снизились, что вместе с увеличением военных расходов привело к росту его дефицита: 39,1% в 1914 году, 74,1% в 1915-м, 76% в 1916-м и к совершенно колоссальным 81,7% в 1917-м – государство фактически превратилось в финансового банкрота! Это привело к тому, что царское правительство всё больше и больше печатало ничем необеспеченные бумажные деньги, чем беспрерывно раскручивало спираль инфляции.
Временное правительство, сменившее павший в результате Февральской революции 1917 года царизм, также проявило полное экономическое бессилие. Оно продолжило печатание «пустых» бумажных денег, что довело инфляцию уже до воистину чудовищных размеров: со второго месяца нахождения его у власти рост цен стабильно опережал рост денежной эмиссии в два-три раза, в июне – уже в четыре раза, к осени после сбора урожая крестьянами ситуация немого улучшилась, но всё равно в октябре эмиссия выросла на 11,4%, а цены поднялись куда более значительно — в среднем на 37%!
Временное правительство России за работой (советская карикатура 1930-х годов)
Итогом всего этого стало повальное обнищание городского населения страны (оно банально не в состоянии было купить себе хлеб на пропитание), падение промышленного производства (прежде всего в части выпуска гражданской продукции), нарушение товарообмена между городом и деревней (крестьяне не хотели продавать свой хлеб за деньги, которые стремительно обесценивались и на которые все равно почти ничего нельзя было купить ввиду физического отсутствия промышленных товаров гражданского назначения).
Разгром голодным народом торговых лавок в Петрограде (рисунок ноября 1917 года)
Таким образом, в ноябре 1917 года в экономической жизни России воцарился полный хаос, устранить который и спасти страну от гибели, во чтобы то ни стало должна была уже советская власть. Для сего ей необходимо было придумать и воплотить в жизнь свою – советскую экономику. Именно этим и занялся политический лидер большевиков (который уже стал и государственным лидером) – Ленин!
Великий мыслитель Владимир Ленин
Что же придумал Ленин? Цельную и решительную антикризисную экономическую программу (правда, вида единого документа она не имела – на его составление времени не было), предусматривавшую следующее.
Первое… Создание органов рабочего контроля на капиталистических предприятиях (но без национализации последних).
Второе… Восстановление товарообмена между городом и деревней путём внедрения государством натурального обмена промышленной продукции на продовольствие.
Третье… Установление жёсткого государственного контроля над банковской деятельностью. (Ленин полагал, что с этим трудностей не возникнет, поскольку он не планировал национализировать банки и покушаться на собственность банковских вкладчиков, в том числе из числа буржуазии).
Четвёртое… Введение монополии государства на внешнюю торговлю (для того, чтобы пресечь вывоз дефицитных материальных ресурсов за рубеж — они были остро необходимы самой России, а также для сосредоточения импортных товаров в руках государства в целях более рационального и справедливого распределения их внутри страны).
Пятое… Аннулирование обязательств России по внешним и внутренним займам, которые набрали царь и Временное правительство. (Отдавать государственные долги разоренной войной стране было чудовищно тяжело. К тому же такое аннулирование вполне соответствовало идеологии марксизма: в своё время Энгельс писал, что рабочий класс не должен отвечать за долги капиталистического государства, потому что «он их не делал»).
Очереди за хлебом в Петрограде (1917 год)
Замечу, что данная экономическая программа не была нацелена на уничтожение в обозримом будущем капиталистического способа производства. Ленин тогда считал достаточным лишь взять под общественный и государственный контроль капиталистическую экономику России и тем самым добиться относительно мирного сосуществования работников наёмного труда с буржуазией. Именно отсюда появилось одно из ленинских определений социализма: «Социализм есть не что иное, как государственно-капиталистическая монополия, обращённая на пользу всего народа и постольку переставшая быть капиталистической монополией». (Получается, Ленин вовсе не был коммунистическим фанатиком, каким его часто представляют в нынешних средствах массовой информации, художественных фильмах и т.д., готовым на всё ради воплощения в жизнь абстрактных идеологических догм, в том числе прописанных основоположниками марксизма!!!).
Выступление Ленина перед рабочими Путиловского завода (Петроград, 1917 год)
Однако указанная выше экономическая программа, вроде бы на первый взгляд логичная, на практике показала себя не столь эффективной, как того хотелось самому Ленину, ввиду чего ему пришлось срочно и существенно корректировать её прямо на ходу.
Так, В принятом 27 ноября 1917 года по предложению Ленина Всероссийским центральным исполнительным комитетом (ВЦИК) «Положении о рабочем контроле», говорилось: «В интересах планомерного регулирования народного хозяйства во всех предприятиях, промышленных, торговых, банковых, сельскохозяйственных, транспортных, кооперативных, производительных товариществах и пр. предприятиях, имеющих наёмных рабочих или же дающих работу на дом, вводится Рабочий Контроль [из наёмных рабочих этих предприятий] над производством, куплей, продажей продуктов и сырых материалов, хранением их, а также над финансовой стороной предприятий». При этом подразумевалось, что частные предприятия по-прежнему остаются в собственности капиталистов (по-другому, буржуазии). В данном Положении даже оговаривались права буржуазии: «Предпринимателю или администрации предприятия предоставляется трехдневный срок для обжалования в соответствующий высший орган Рабочего Контроля всех постановлений низших органов Рабочего Контроля».
Рабочий контроль на предприятии (1917 год)
Однако рабочий контроль, в целом, оказался бесполезным (поэтому в 1919 году он был трансформирован в государственный контроль и утратил свой общественный характер). Капиталисты в подавляющем своём большинстве не захотели сотрудничать с советской властью и действовать по её указке. Буржуи начали повсеместно закрывать или бросать свои предприятия. В связи с этим рабочим просто стало некого контролировать.
(Ситуацию усугубляло ещё и то, что очень многие предприятия были созданы иностранцами — Россия их привлекала возможностью сверхприбылей, обусловленных дешёвой и бесправной рабочей силой, отсутствием 8-часового рабочего дня. Большевики, придя к власти, сразу же встали на защиту интересов рабочих, уже 11 ноября 1917 года установили в стране 8-часовой рабочий день. Зарубежной буржуазии такая политика крайне не понравилась и они, торопливо сворачивая производство, ломанулись выводить свои капиталы обратно за границу).
Проникновение иностранного капитала в экономику дореволюционной России
То есть развал экономики продолжился (даже ещё более ускоренными темпами, нежели ранее!!!), в связи с чем, Ленину не осталось ничего другого, как, вопреки своим прежним планам, перейти к национализации предприятий. Первой была национализирована Ликинская прядильно-ткацкая фабрика (правление фабрики намеревалось её закрыть, мотивируя это невозможностью продолжения производственного процесса).
Ликинская прядильно-ткацкая фабрика (мануфактура) до её национализации
30 ноября 1917 года Ленин как председатель советского правительства (Совета народных комиссаров – Совнаркома) лично подписал декрет о национализации данного предприятия: «Фабрику товарищества Ликинской мануфактуры А.В.Смирнова при посёлке Ликино Владимирской губернии, со всеми находящимися при ней материалами, сырьём и прочим объявить собственностью Российской Республики».
Рабочие национализированной Ликинской мануфактуры (декабрь 1917 года)
Далее национализация предприятий приобрела авральный и массовый характер (например, до марта 1918 года было уже национализировано 836 промышленных предприятий).
Национализация советской властью завода
На второй день после прихода большевиков к власти (то есть 8 ноября 1917 году) Председатель Совнаркома Ленин издал декрет о создании Народного комиссариата продовольствия (сокращённо — Наркомпрод), который был обязан, восстановив товарообмен между городом и деревней, обеспечить снабжение крестьян промышленными товарами и снабжение горожан продовольствием. Ленин полагал, что для этого Наркомпрод будет получать от промышленных предприятий промышленные товары, направлять их в сельскую местность и там на безденежной основе обменивать их у крестьян на продовольствие, которое затем станет распределять среди горожан. Однако Наркомпрод с данной задачей не справился.
Как я уже сказал, введение рабочего контроля на промышленных предприятиях не привело к нормализации их производственного процесса. В связи с этим промышленных товаров гражданского назначения по-прежнему производилось катастрофически мало. Направлять в сельскую местность Наркомпроду было почти нечего. Причём даже в тех случаях, когда ему всё-таки удавалось направить кое-что из промтоваров в деревню, обмен происходил неэквивалентный: поскольку горожане нуждались в продовольствии гораздо больше, чем крестьяне в промтоварах (их хозяйство во многом продолжало носить натуральный и потому замкнутый на себе характер), последние взвинтили цены. Как признавал сам Ленин, «за каждый пуд сданного им государству хлеба [крестьянин] получил в среднем почти вдвое большее количество мануфактуры, чем получал за него в мирное время».
Разруха — российская экономика в стадии её деградации (1918 год)
В итоге в мае 1918 года под воздействием начавшегося в городах голода Ленин вынужден был сместить центр тяжести своей экономической политики от восстановления добровольного товарообмена между городом и деревней к принудительным мерам по неэквивалентному изъятию хлеба у крестьян. Для этого 13 мая 1918 года ВЦИК по предложению Ленина принимает декрет «О предоставлении народному комиссару продовольствия чрезвычайных полномочий по борьбе с деревенской буржуазией, укрывающей хлебные запасы и спекулирующей ими», в котором было записано: «Ни один пуд хлеба не должен оставаться в руках держателей за исключением количества, необходимого для обсеменения их полей и на продовольствие их семей для нового урожая». За хлеб государство платило бумажными деньгами по твёрдым ценам, которые были ниже рыночных, да к тому же не успевали за галопирующей инфляцией. Все, кто не вывозил излишки хлеба на открытые Наркомпродом ссыпные пункты, объявлялись врагами народа. Наркомпроду разрешалось для изъятия у крестьян (кулаков и середняков) излишков хлеба применять вооружённую силу. В начале июня 1918 года в сельскую местность Наркомпрод стал направлять первые вооруженные продотряды. Но в том году и им не удалось изъять у крестьян нужного количества хлеба, поскольку они сплошь и рядом не могли выявить у крестьян хлебный излишек (те прятали хлеб и заявляли, что излишков у них просто нет – при осмотре продотрядовцами крестьянских амбаров хлебных излишков действительно не обнаруживалось). Таким образом, положение Советской России в конце 1918 года стало исключительно тяжёлым. Как об этом времени писалось впоследствии в учебнике «История ВКП(б). Краткий курс» (издан в 1938 году): «Не хватало хлеба. Не хватало мяса. Голод терзал рабочих. Рабочим Москвы и Петрограда выдавалось по осьмушке хлеба на два дня. Бывали дни, когда вовсе не выдавали хлеба. Заводы не работали, или почти не работали».
Один из самых первых агитационных плакатов советской власти
Сложно пошёл и процесс взятия под контроль государством банковской деятельности. Банки (как Государственный банк, так и частные банки) не признали советскую власть и стали её открыто саботировать.
Так, Госбанк, отказавшись выдавать деньги большевикам (мол, вы никто и звать вас никак), объявил сидячую забастовку, возглавленную Банкосоюзом — профсоюзом банковских работников.
Временный заместитель наркома финансов В.Р.Менжинский пытался возвратить служащих Госбанка к работе приказами, водил к ним солдат с музыкальными оркестрами, исполнявшими революционные марши, призывал их к революционной сознательности, предъявлял им мандаты на получение денежных средств – всё тщетно! В это время Госбанк спешно выводил денежные средства на сторону (в том числе перечислял их Подпольному комитету, созданному из оставшихся на свободе членов Временного правительства).
Вячеслав Рудольфович Менжинский (годы жизни: 1874-1934)
Но с Лениным было не забаловать: уже 24 ноября 1917 года Совнарком начал увольнять саботажников из Госбанка. В ответ уволенные банковские служащие заперли сейфы и скрылись с ключами и банковскими документами. Советской власти пришлось приступить к розыску беглецов и после их обнаружения отбирать ключи и документы, прибегая к силе (в том числе физической), вскрывать банковские сейфы отмычками.
В конце концов большевикам всё-таки удалось восстановить работу Госбанка. Добились этого они благодаря тому, что смогли склонить к сотрудничеству самых низших из его служащих, предоставив им существенное должностное повышение (из-за чего, правда, на какое-то время понизился общий профессиональный уровень сотрудников Госбанка – но это уже были мелочи), а также восстановив на службе банковских работников, ранее уволенных на пенсию или мобилизованных в армию (те оказались более сговорчивыми).
Взятие в Петрограде под контроль большевиками Госбанка (1917 год)
К забастовке Госбанка присоединились по всей России и частные банки – в итоге банковская деятельность в стране оказалась парализованной. Поняв, что договориться с частными банками советской власти никак не получится, Ленин вынужден был, вопреки своим прежним планам, национализировать все частные банки. 27 декабря 1917 был опубликован декрет Совнаркома «О национализации частных коммерческих банков». В тот же день советская власть приступила к захвату частных банков силой. Вот как этот процесс описан Е.Н.Соколовым в его изданной в 2008 году работе «Финансовая политика Советской власти (октябрь 1917-август 1918 гг.)»: «Захват частных банков [в Петрограде], начавшийся в 7 часов утра 27 декабря 1917 года, носил характер боевой операции. Вооружённые отряды оцепили банки. Телефонная связь между ними была прервана. К 12 часам все банки оказались в руках вооружённых красногвардейцев. В первую очередь большевики потребовали от членов правлений ключей от касс и кладовых. В случае сопротивления директоров и членов правлений арестовывали и доставляли в Смольный. 28 декабря таким же образом были заняты частные банки в Москве. В провинции захват банков происходил в январе 1918 года».
Осознав к концу декабря 1917 года, что с буржуазией найти общий язык не удастся, последняя всеми силами вредит советскому государству, Ленин решил подрубить её финансовую мощь. Для этого он, опять же вопреки своим прежним планам, вместе с национализацией банков произвёл ещё и конфискацию всего находящегося в них золота и серебра в монетах и слитках, а также имеющихся в них бумажных денег, если они превышали 5000 рублей и были нажиты «нетрудовым путём» (то есть в результате предпринимательства).
Национализация советской властью частного банка (1918 год)
Идём далее… Аннулировать обязательства России по внешним и внутренним займам для Ленина оказалось делом достаточно простым. 3 февраля 1918 года по его предложению декретом ВЦИК советское правительство было освобождено от 60 млрд рублей долгов (внутренних на 44 млрд, внешних на 16 млрд), что примерно соответствовало 90% национального богатства страны (признаны были только облигации внутреннего долга, имевшиеся на руках лиц, признаваемых специально созданной комиссией малоимущими, и лишь на сумму до 10 тысяч рублей, а также вклады и проценты по вкладам в государственных сберкассах).
Смелое решение смелого государственного лидера!
Однако данная мера хотя и снизила государственные расходы, но не уменьшила проблему доходов бюджета (а налоги в него поступать почти перестали, поскольку рабочие и особенно крестьяне восприняли революцию очень просто: если теперь власть наша, народная, то мы ей ничего не должны).
Кроме того, отказ молодого советского государства от выплаты внешнего долга привёл к тому, что прежние союзники России (основными кредиторами России была Великобритания – 45% долга, Франция – 38% долга; США, вступившим в Первую мировую войну на стороне Антанты только в апреле 1917 года, Россия задолжала значительно меньше – на долю американцев пришлось 3% её внешнего долга) прервали все экономические связи с ней и поток помощи из этих держав сразу же полностью пресёкся — отныне в борьбе за выживаемость стране пришлось опираться только на собственные силы.
В таких условиях формировалась советская экономика!
(Указанный выше внешний долг Россия частично признала много позже — в эпоху президентства Б.Н.Ельцина, то есть в лихие и нищие 1990-е годы. Никаких международно-правовых оснований к этому не имелось, поскольку Российская Федерация признала себя правопреемницей Советского Союза, но не Российской империи. Притом ни Советская Россия, ни затем Советский Союз тоже никогда не признавали себя правопреемниками Российской империи. Тем не менее в 1996 году Россия, когда в стране сплошь и рядом имели место многомесячные задержки выдачи заработной платы бюджетникам, военным и прочим государственным служащим, выплатила Франции по договорённости Ельцина с французским президентом Жаком Шираком в счёт погашения долга царского правительства 400 млн долларов США!!! Франция была очень довольна и заявила, что с переводом данной суммы царские долги ей погашены полностью).
Встреча президента Бориса Ельцина с президентом Жаком Шираком
Не вызвало у Ленина трудностей и введение монополии государства на внешнюю торговлю. Она была установлена декретом Совнаркома от 22 апреля 1918 года, после чего закупкой товаров за границей, заготовкой и закупкой российских товаров для продажи за рубеж стал заниматься Совет внешней торговли при Народном комиссариате торговли и промышленности. Это было правильным решением – оно сыграло свою положительную роль в наведении порядка в экономике. Но торговать Советской России в то время было, в общем-то (за редким исключением), не на что и нечем, ввиду чего сама по себе монополизация внешней торговли государством не могла вывести страну из экономического коллапса, в который она угодила.
Ленин на заседании советского правительства (1918 год)
Таким образом, антикризисная программа Ленина сбоила, формируемая им в её соответствии советская экономика не приобретала достаточно работоспособного вида и не могла отвратить Россию от экономического краха. Для его избежания Ленину необходимо было придумать нечто другое, экономически более действенное, причём исходя из очень ограниченных ресурсов, имеющихся в его распоряжении (как говорится, из дерьма и палок!!!). И Ленин придумал экономику военного коммунизма, к описанию которого я далее и перехожу.
Письменный стол и спальное место Ленина в его кремлёвской квартире
Итак, советская экономика её второго этапа (1918-1921 гг.)…
Вообще, автором термина «военный коммунизм» стал российский революционный деятель, учёный-энциклопедист А.А.Богданов. Этот термин понравился Ленину, он его подхватил и ввёл в широкое общественное употребление. Суть военного коммунизма сводилась к сверхконцентрации всех имеющихся у Советской России резервов (людских, сельскохозяйственных, промышленных) в целях её экономического выживания и военно-политической победы в разразившейся в стране Гражданской войне. Неслучайно декретом ВЦИК от 2 сентября 1918 года вся Советская Россия была объявлена военным лагерем, а вся её хозяйственная жизнь была подчинена требованию: «Всё для фронта, всё для победы!».
Александр Александрович Богданов (годы жизни: 1873-1928)
В экономическую модель военного коммунизма гармонично вписалось кое-что из возникшего в предыдущий этап советской экономики: национализация предприятий – данный процесс продолжился и в целом завершился к весне/лету 1919 года (постепенно в государственную собственность перешли все предприятия, в производственной деятельности которых использовался механический двигатель и трудилось более 5 наёмных работников), монополия государства на внешнюю торговлю и др. Однако период военного коммунизма в Советской России охарактеризовался также и рядом политико-экономических нововведений.
Так, на всей подконтрольной большевикам территории была введена обязательная трудовая повинность (декретом Совнаркома от 5 октября 1918 года для «буржуазных элементов», а Кодексом законов о труде от 10 декабря 1918 года вообще для всех советских граждан от 16 до 55 лет; в дальнейшем данная повинность законодательно регламентировалась и уточнялась).
Эту повинность для удовлетворения государственных нужд население несло как по месту своей основной работы (при этом наёмным работникам был запрещён свободный переход на новую работу), так и на возмездной основе (то есть за вознаграждение) вне её (граждане, в том числе из крестьян, привлекались для выполнения лесозаготовительных, снегоуборочных, дорожных, гужевых и иных работ).
Тогда же Народный комиссариат внутренних дел (НКВД) начал привлекать к трудовой деятельности заключённых, а Центральный комитет по оказанию помощи пленным и беженцам, соответственно, пленных и беженцев. Трудовая повинность позволила советскому правительству обеспечить экономику рабочей силой, перераспределять и направлять её на самые важные участки трудового фронта.
Была сформирована система неоплачиваемого труда в выходные и праздники, приобретшей вид так называемых «субботников» и «воскресников». Сначала они были проявлением искреннего порыва трудового народа помочь стране, оказавшейся в трудном положении (первый субботник состоялся 12 апреля 1919 года в депо «Москва-Сортировочная» Московско-Казанской железной дороги). Однако очень скоро под воздействием большевистской пропаганды они приобрели добровольно-принудительный характер. Тем не менее такие мероприятия были эффективны. Например, только в Москве за 20 месяцев (с мая 1919 года до конца 1920 года) в ходе субботников и воскресников было отремонтировано 1826 вагонов, 1121 паровоз, 1268 машин и станков, погружено и разгружено 30008 вагонов.
Субботник на Московско-Казанской железной дороге (19 апреля 1919 года)
В связи с тем, что большинство предприятий в стране оказались национализированными, государство взяло их под свой непосредственный контроль и те попали под его централизованное руководство: все государственные предприятия в своей деятельности были подчинены главкам, а последние Высшему совету народного хозяйства (ВСНХ). При этом государство использовало эти предприятия прежде всего для нужд армии. Предприятия, выполнявшие военные заказы, получали от него наибольшие объёмы материальных ресурсов. Рабочие и служащие таких предприятий получали более внушительные пайки.
Для городского населения государством была установлена карточная система распределения продовольствия и товаров ширпотреба (запасы продовольствия и товаров государством жёстко контролировались, велась борьба со спекулянтами, ибо те утягивали себе эти и без того скудные запасы; распределение продовольствия и товаров шло через потребительские коммуны (то бишь потребительские кооперативы); те горожане, кто желал получать карточное снабжение, вынуждены были вступить в такие коммуны). При этом городское население государством было освобождено от платы за жильё, транспорт (как общественный, так и междугородний), коммунальные услуги, почту, телефон, радио.
Спекулянты-мешочники везут из деревни хлеб для перепродажи в город (1919 год)
Декретом Совнаркома от 11 января 1919 года «О развёрстке зерновых хлебов и фуража» была введена продразвёрстка (чуть позже она была распространена не только на зерно, но и на другие виды продовольствия). Смысл её сводился к продолжению неэквивалентного изъятия излишков хлеба у крестьян (под излишками понималось всё то, что не шло на пропитание крестьянской семьи и на создание зернового запаса для следующего сева). Однако теперь государство (в лице губернских продовольственных комитетов) само определяло, какие конкретно объёмы зерна следует считать излишками и раскидывало (развёрстывало) фиксированные нормы сдачи зерна государству в твёрдых (естественно, искусственно заниженных) ценах по сельским районам. Отныне крестьяне (за исключением крестьян-бедняков, на которых продразвёрстка не распространялась) не могли сказать продотрядам, что у них нет излишков хлеба. Теперь отсутствие излишков хлеба (как правило, мнимое) официально становилось проблемой самих крестьян.
В итоге созданная Лениным экономическая система военного коммунизма сработала!
Во-первых, она позволила спасти городское население страны от голодного вымирания. Худо-бедно, но горожан государство в той тяжелейшей ситуации прокормить смогло. Да и крестьяне, несмотря на все издержки продразвёрстки, почти на протяжении всего военного коммунизма тоже не голодали (только уже под его занавес в крестьянской среде голод всё-таки случился – это произошло в 35 российских губерниях осенью 1920 года из-за сильнейшей засухи, убившей урожай).
Во-вторых, экономическая система военного коммунизма позволила советской власти одержать победу в гражданской войне (белогвардейцы на захваченных ими территориях военный коммунизм не ввели и проиграли!!!). Так, численность Красной Армии на конец 1918 года составляла 400 тысяч бойцов, к середине 1919 года она возросла до полутора миллионов, а в 1920 году под ружьём в ней стояло уже 5 миллионов человек! При этом вся эта армия была обеспечена вооружением и боеприпасами лучше, чем царская армия времён Первой мировой войны. Добиться таких впечатляющих военных результатов без военного коммунизма было просто невозможно! То есть только-только возникшая советская экономика на деле продемонстрировала и доказала свой мощный и спасительный для страны потенциал.
Советский агитационный плакат
Однако сохранять порядки военного коммунизма бесконечно советская власть не могла. В условиях Гражданской войны ей ещё удавалось их оправдать, но в мирное время – уже нет (основные бои этой войны закончились осенью 1920 года). Крестьянам ну уж очень не нравилось, когда у них за бесценок отбирали излишки продовольствия (особенно на фоне упомянутой выше засухи лета 1920 года, когда с излишками у крестьян и впрямь стало туго). Поэтому на территории России начали вспыхивать антибольшевистские крестьянские восстания (самое большое – Антоновский мятеж, затронувший в период с августа 1920 по июнь 1921 года Тамбовскую, Саратовскую, Воронежскую и Пензенскую губернии), в марте 1921 года произошёл Кронштадтский мятеж (матросы-балтийцы, среди которых было много выходцев из крестьян, с оружием в руках заявили о своём несогласии с продразвёрсткой и политикой военного коммунизма).
Красная Армия по льду Финского залива штурмует мятежный Кронштадт (1921 год)
Кроме того, у крестьян не было материального стимула наращивать сельскохозяйственное производство (а зачем? – всё равно все излишки фактически задарма заберёт государство). Поэтому, применяя продразвёрстку, государство много продовольствия при всём желании было не в состоянии собрать, что, в свою очередь, лишало его возможности хотя бы восстановить довоенный уровень промышленного производства царской России (к концу 1920 года российская промышленность выпускала почти в пять раз меньше продукции по сравнению с уровнем 1913 года, производство потребительских товаров составляло лишь четверть от довоенного уровня). Для промышленного роста необходимо было привлекать к работе на фабриках и заводах гораздо большее количество рабочих, но много рабочих государству просто нечем было кормить (по сути, продовольствия хватало, да и то в обрез, только для рабочих оборонных предприятий). Ну а оплачивать труд рабочих деньгами, как это принято в любых странах с более-менее стабильной экономикой, у государства возможности тоже не было, ибо деньги давно уже превратились в бумажные фантики – военный коммунизм инфляцию никак не урезонивал и она по-прежнему только усиливалась (100 тысяч рублей не превышали стоимости 1 дореволюционной копейки).
Таким образом, Ленину вновь необходимо было срочно придумывать и внедрять в жизнь другую экономическую модель, уже в корне отличную от экономической системы военного коммунизма и более отвечающую сложившимся к тому времени реалиям и потребностям общества. И Ленин, снова проявив гениальность своего ума, отбросив в сторону марксистские догмы (очередной раз доказав то, что он не принадлежал к числу коммунистических фанатиков!!!) придумал экономику НЭПа (НЭП – это новая экономическая политика), о которой я тоже сейчас расскажу.
Владимир Ленин в 1921 году
Итак, советская экономика её третьего этапа (1921-1928 гг.)…
НЭП с подачи Ленина был провозглашён на Х съезде РКП(б) — Российской коммунистической партии (большевиков), проходившем в Москве с 8 по 16 марта 1921 года. А уже 21 марта на основании решения данного съезда декретом ВЦИК продразвёрстка была заменена натуральным продовольственным налогом.
Ленин зачитывает свой доклад о НЭПе на Х съезде РКП(б)
Теперь крестьяне обязаны были сдать государству в качестве продналога строго определённое количество зерна (ставка налога для них была вполне приемлемой), после чего всем остальным своим урожаем они вправе были распоряжаться по собственному усмотрению (в том числе продавать его по свободным рыночным ценам). Крестьянам эта налоговая реформа понравилась – у них сразу появилась заинтересованность работать больше и лучше, чтобы увеличивать свои доходы и богатеть. Крестьянские восстания быстро стали сходить на нет и вскоре навсегда ушли в прошлое.
Помимо этого, в период НЭПа государство активно приступило к широкомасштабному восстановлению рыночных отношений в экономике (фактически к возрождению капитализма под контролем коммунистической партии – в конце 1970-х годов нечто похожее произошло в социалистическом Китае), а именно: была разрешена свободная торговля (внеэкономическая борьба со спекулянтами прекратилась); в деревне был дан зелёный свет кулакам (то есть сельской буржуазии, олицетворявшей собой самую зажиточную часть крестьянства) – им позволили выходить из состава сельской общины (как когда-то во времена столыпинской аграрной реформы) и беспрепятственно нанимать батраков; был снят запрет на некоторые виды частного бизнеса: торгового, сферы услуг, производственного (в итоге стали появляться частные магазины, лавки, рестораны, кафе, парикмахерские, кинотеатры и тому подобные заведения, открываться небольшие частные промышленные предприятия), что, разумеется, привело к возникновению советской буржуазии, представителей которой народ прозвал «совбурами» и «нэпманами» — они выделялись среди других граждан материальным достатком, внешним лоском, манерой поведения; поощрялось развитие кооперации (потребительской, сельскохозяйственной, промысловой); стартовала компания по фактической денационализации промышленных предприятий — они передавались в аренду частным лицам (при этом главные отрасли народного хозяйства такие как, энергетика, металлургия, добыча и переработка нефти, оборонная промышленность, железнодорожный транспорт оставались по-прежнему под полным государственным управлением); создавались концессионные промышленные предприятия (то есть предприятия с участием иностранного капитала); большая часть государственных предприятий была переведена на коммерческий хозрасчёт; была отменена всеобщая трудовая повинность; было восстановлено нормальное денежное обращение (проведена денежная реформа, введена в оборот обеспеченная золотом конвертируемая валюта – червонцы, их можно было свободно менять на иностранную валюту как внутри страны, так и за рубежом); был произведён возврат к денежной оплате труда (причём уравниловку заменили поощрительной тарифной политикой, учитывающей квалификацию наёмных работников, качество и количество производимых продуктов).
Нэпманы в своём авто и с личным водителем (рисунок К.И.Рудакова для журнала «Бегемот» — 1927 год)
Что дала Советской России (а с 1922 года Советскому Союзу) ленинская экономика НЭПа?
Во-первых, успокоение крестьянства (оно больше не бунтовало и не пыталось свергнуть власть большевиков).
Во-вторых, карточная система была отменена и в магазинах в свободной продаже появились товары ширпотреба и продукты питания (правда, цены кусались, ибо они были рыночными).
В-третьих, вернулась нормальная и всем привычная жизнь с использованием денег.
Золотой червонец и другие денежные знаки времён НЭПа
В-четвёртых, стал наблюдаться экономический прогресс в сельском хозяйстве (уже к 1925 году посевные площади достигли довоенного уровня царской России, а поголовье скота и валовый сбор зерна – превысили его; валовая продукция сельского хозяйства страны в 1921-1927 годах увеличилась вдвое относительно 1913 года).
В-пятых, стала выходить из состояния разрухи промышленность (к 1925 году уровень отечественной промышленности на 75% соответствовал 1913 году, а в 1926 году этот её довоенный уровень был уже полностью восстановлен; в 1927 году производительность труда в промышленности составляла уже 120% от аналогичного показателя 1913 года).
В-шестых, наблюдался неуклонный рост материального благосостояния рабочих (так, по оценкам советского экономиста и академика С.Г.Струмилина, если в 1921 году их средние реальные зарплаты соответствовали 37% уровню их зарплат 1913 года, то в 1927 году этот уровень уже соответствовал 124%).
Станислав Густавович Струмилин (годы жизни: 1877-1974)
Сам Ленин воодушевился первыми результатами НЭПа (поздних результатов новой экономической политики ему увидеть было не суждено – 21 января 1924 года он умер). Неслучайно в мае 1921 года в своём докладе на Х Всероссийской конференции РКП(б) он уверенно говорил, что НЭП – это «всерьёз и надолго». В 1923 году в своей статье «О кооперации» он определил социализм, как «строй цивилизованных кооператоров».
Но советская экономика её нэповского периода имела бросающийся в глаза серьёзный недостаток. Она, как и подобает рыночной экономике, сама по себе развивалась однобоко, то есть прежде всего в тех её сегментах, в которых можно было получить быструю прибыль: в сфере услуг, торговли, производства товаров ширпотреба.
Частный магазин времён НЭПа
Советскую власть это устроить не могло, ибо СССР находился во враждебно настроенном по отношению к нему окружении капиталистических государств, беспрестанно мечтавших о его физическом уничтожении.
Кооперативный магазин времён НЭПа (Москва, 1925 год)
Чтобы избежать такого печального для себя конца, Советскому Союзу надо было срочно превращаться в могучую индустриально-развитую державу, способную в случае чего крепко дать по зубам всем покусившемся на её свободу и независимость зарубежным шакалам.
Частный магазин времён НЭПа (Москва, 1926 год)
Ну а для этого требовалось создать мощную промышленность со множеством машиностроительных и прочих заводов, да ещё и с соответствующей инфраструктурой к ним. Неслучайно в декабре 1925 года на XIV съезде компартии, на котором она, кстати, была переименована в ВКП(б) – Всесоюзную коммунистическую партию (большевиков), был провозглашён курс на проведение индустриализации в стране.
Советский агитационный плакат (1928 год)
Но как раз-таки к строительству заводов НЭП был не склонен, ведь это требовало огромных капиталовложений, способных притом окупиться только в весьма отдалённой перспективе.
Такой мог построить кафе, магазин, мастерскую, но не завод или фабрику !!!
Однако мудрый Ленин предложил путь решения данной проблемы. Он стал продвигать и реализовывать на практике идею государственного планирования экономики.
Что давало такое планирование?
Во-первых, у государства появлялась возможность направлять развитие экономики в нужном ему русле, избегая упомянутой выше однобокости.
Во-вторых, экономика получала непосредственно от государства постоянную подпитку инвестициями, что способствовало её более ускоренному росту.
В-третьих, планирование позволяло одновременно «выращивать» с нуля как производителей товара (например, заводы гражданского авиастроения), так и покупателей товаров этих производителей (например, раскиданную по всей стране сеть гражданских авиаотрядов с аэропортами, ангарами и взлётно-посадочными полосами) и тем самым переводить экономику на более высокий уровень.
В-четвёртых, планирование помогало уберечь экономику от кризиса перепроизводства – бича капиталистической экономики (оно, собственно говоря, и делало советскую экономику не подвластной специфическим законам капитализма, то есть социалистической).
Ленин всегда горячо отстаивал свои взгляды !!!
Первым масштабным актом государственного экономического планирования стал разработанный по инициативе Ленина соответствующей государственной комиссией и принятый 22 декабря 1920 года VIII Всероссийским съездом Советов план ГОЭЛРО (Государственный план электрификации России), предусматривающий строительство целого ряда электростанций (в частности, Волховской ГЭС, Шатурской ТЭС – действующих, между прочим, и ныне), создание единой энергосистемы (то есть объединение отдельных очагов электрификации в общую сеть, что повышало надёжность и оптимальность энергоснабжения – данная система была ликвидирована только уже в постсоветской России А.Б.Чубайсом) и ещё многого чего другого. План был разработан мастерски и по основным своим пунктам был выполнен (а по многим из них даже перевыполнен!!!) уже к 1931 году. (В итоге, например, выработка электроэнергии в 1932 году в стране по сравнению с 1913 годом увеличилась не в 4,5 раза, как планировалось, а почти в 7 раз: с 2,0 до 13,5 млрд кВт⋅ч).
Ленин рассказывает делегатам III Всероссийского съезда Советов о плане ГОЭЛРО (1920 год)
В мае 1921 года Ленин направил председателю Госплана Г.Б.Кржижановскому письмо, в котором дал задание (фактически задал формат работы этого ведомства): определить доступное количество продовольствия, сырья и топлива, после чего на его основе с учётом вычетов на армию и на создание резервов рассчитать возможный при таких запасах объём выпуска промышленной продукции по отраслям (задание было выполнено). Через несколько лет такая методология планирования стала называться генетической. Применение данной методологии предполагало прежде всего определение Госпланом имеющихся в наличии финансовых и иных материальных возможностей, исходя из которых затем и составлялась производственная программа (экономический план).
Глеб Максимилианович Кржижановский (годы жизни: 1872-1959)
В период НЭПа Госплан занимался разработкой годовых планов экономического развития, а в 1925 году приступил к разработке плана развития народного хозяйства Советского Союза на пять лет вперёд. (Выбор именно пятилетнего промежутка объяснялся тем, что, во-первых, за пять лет можно успеть закончить цикл проектирования и строительства новых производств, а во-вторых, тем, что планы на год-два могут быть нарушены очень хорошим или, наоборот, очень плохим урожаем, на горизонте же пяти лет урожайные и неурожайные годы взаимно «гасят» друг друга, давая некую среднюю урожайность, которую и можно заложить в план).
Работа над первым пятилетним планом была завершена к марту 1926 году (он, кстати, предполагал привлечение к развитию промышленности и частного капитала!!!). Но проект плана не устроил партию, в том числе и её нового лидера — Сталина. Последний считал, что в проект заложены недопустимо низкие темпы экономического роста. Плановики-генетики возражали (к ним, в частности, относились такие экономисты как Г.Г.Громан, В.А.Базаров): мол, нужно исходить из тех ресурсов, что есть в наличии, иначе выполнить план будет нереально и он останется на бумаге. Однако их доводы партией были отвергнуты и проект был отправлен на доработку.
Владимир Александрович Базаров (годы жизни: 1874-1939)
Вот тогда для составления плана вместо генетической методологии (основы которой, как я уже сказал, заложил сам Ленин) была применена методология телеологическая. Плановики-телеологи (к ним, в частности, относился уже упомянутый мною выше экономист С.Г.Струмилин) в противовес плановикам-генетикам говорили, что если для достижения требуемых результатов не хватает ресурсов, то, значит, в план надо включить также развитие добывающей промышленности, прочих необходимых секторов экономики, чтобы по выполнению данного планового задания необходимое количество ресурсов было получено.
В конечном итоге «телеологи», получив поддержку партии, в острой дискуссии победили «генетиков» (кстати, одним из доводов первых был таким: лучше, на худой конец, немного не довыполнить гораздо более масштабный план, чем заранее обречь страну на медленное экономическое развитие гораздо менее масштабным планом), составили первый пятилетний план (охватывал период с 1928 по 1933 гг.) с более высокими экономическими показателями, который и был 29 апреля 1929 года сначала одобрен на XVI конференции ВКП(б), а затем в мае того же года утверждён уже в качестве обязательного к исполнению законодательного акта V съездом Советов СССР (впоследствии в данный план вносились корректировки, но только в сторону увеличения его показателей).
Советский агитационный плакат (1929 год)
Почему партия жаждала именно стремительных темпов экономического развития СССР? На данный вопрос дал чёткий и ясный ответ Сталин. Вот, что он сказал в 1931 году на Первой Всесоюзной конференции работников социалистической промышленности: «Задержать темпы — это значит отстать. А отсталых бьют. Но мы не хотим оказаться битыми. Нет, не хотим! История старой России состояла, между прочим, в том, что её непрерывно били за отсталость. Били монгольские ханы. Били турецкие беки. Били шведские феодалы. Били польско-литовские паны. Били англо-французские капиталисты. Били японские бароны. Били все — за отсталость. За отсталость военную, за отсталость культурную, за отсталость государственную, за отсталость промышленную, за отсталость сельскохозяйственную. Били потому, что это было доходно и сходило безнаказанно… Таков уж закон эксплуататоров — бить отсталых и слабых. Волчий закон капитализма. Ты отстал, ты слаб — значит, ты не прав, стало быть, тебя можно бить и порабощать. Ты могуч — значит, ты прав, стало быть, тебя надо остерегаться… Хотите ли, чтобы наше социалистическое отечество было побито и чтобы оно утеряло свою независимость? Но если этого не хотите, вы должны в кратчайший срок ликвидировать его отсталость и развить настоящие большевистские темпы в деле строительства его социалистического хозяйства. Других путей нет. Вот почему Ленин говорил накануне Октября: «Либо смерть, либо догнать и перегнать передовые капиталистические страны». Мы отстали от передовых стран на 50-100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут».
Иосиф Виссарионович Сталин (годы жизни: 1878-1953)
Получается, Сталин, а значит, и партия, понимали: приближается Вторая мировая война, в которую Советский Союз будет неизбежно втянут (что в действительности и произошло в 1941 году, то есть в аккурат через 10 лет после упомянутой выше Первой Всесоюзной конференции – Иосиф Виссарионович оказался провидцем!!!) и дабы надлежащим образом подготовиться к ней, индустриализацию в стране необходимо провести как можно быстрее, что невозможно без бешеных темпов экономического роста.
Для индустриализации и последующей успешной эксплуатации возведённых индустриальных объектов требовалось огромное число грамотных и образованных людей, которых в стране к приходу большевиков к власти было совсем немного (известно, например, что в Российской империи к 1917 году уровень грамотности населения не превышал 30-35%, было всего лишь около 10 тысяч инженеров, в высших учебных заведениях обучалось 135065 студентов). Чтобы резко повысить их число партия развернула широкомасштабную кампанию: культурную революцию (данный термин в советский политический язык ввёл в 1923 году Ленин), в ходе которой повсеместно открывались школы для детей и ликбезы (классы по ликвидации безграмотности) для взрослых, организовывались техникумы (до революции таких учебных заведений не было), новые институты и университеты, рабфаки (подготовительные отделения для рабочих и крестьян, желающих поступить в вузы), проводилась масса других мероприятий.
Советский агитационный плакат (1931 год)
Положительные результаты данной кампании оказались более чем внушительными. Так, в 1939 году грамотных людей в СССР стало уже 87,4%, в 1937 году в народном хозяйстве работало 253 тысячи инженеров, в 1940 году в техникумах обучалось 974800, а в вузах — 811070 студентов!
Советский агитационный плакат
Но образованные люди в нужном количестве появились в СССР всё-таки не в один миг (для подготовки того же инженера требовалось несколько лет). А где их можно было найти на начальном этапе индустриализации? За границей! Да и технику с оборудованием для индустриализации тоже вначале, кроме как за границей, было не сыскать. Там всё это Сталин и нашёл!
Специалисты из США (они в первом ряду) на новом советском машиностроительном заводе
Однако для привлечения заграничных кадровых и материальных ресурсов, естественно, требовалась иностранная валюта. Но где её было взять? Ввиду того, что предоставлять СССР кредиты капиталистические державы на отрез отказывались, ему не оставалось ничего другого, как что-нибудь продавать в порядке экспорта за рубеж (благо монополия государства на внешнюю торговлю сохранялась), после чего на полученную от сей продажи иностранную валюту нанимать иностранных специалистов, закупать необходимую технику и оборудование.
Советская экономика на первых порах очень нуждалась в зарубежной помощи !!!
А что могла поставить на внешние рынки нищая страна? Например, сейчас Россия экспортирует нефть и газ. У Советского Союза в то время для экспорта не имелось ни нефти, ни тем более газа. Но в стране было зерно (немного, советские люди жили впроголодь, но всё-таки было) и его Запад готов был покупать (надеясь, что в СССР начнётся голод и оголодавшее население сметёт советскую власть). И Сталину, из-за отсутствия других вариантов, пришлось приступить к экспорту зерна.
Но тут выяснилось, что государство в условиях НЭПа не в состоянии продавать заграницу зерно в объёмах, обеспечивающих проведение индустриализации ускоренными темпами! Дело в том, что это зерно само государство закупало у крестьян: в основном у зажиточной его части – кулаков. Но кулаков в Советском Союзе было мало (например, в 1927 году они составляли 4% от всего крестьянства). В силу своей крайней малочисленности они просто физически не могли вырастить и продать государству много зерна. У крестьян же из числа середняков, на долю которых приходилось 60% крестьянского населения страны, в том же 1927 году зерна на продажу имелось в наличии совсем чуть-чуть, у крестьян-бедняков оно вообще отсутствовало!
Кулак на Кубани (1927 год)
При этом кулаки как главные зерновые поставщики оказались весьма капризными.
Во-первых, они предпочитали основную часть своего зерна продавать не государству, а частным торговцам, которые платили за него гораздо более высокую цену (коммерсанты-частники купленное у кулаков зерно перепродавали втридорога и полученные барыши, разумеется, в индустриализацию не вкладывали).
Во-вторых, кулаки, кумекая своим хитрым крестьянским умом, порой вообще отказывались продавать государству зерно (то есть фактически объявляли бойкот государственным зерновым закупкам), придерживая его у себя, рассчитывая продать его позже уже значительно дороже (это случилось в 1927 году, когда они поверили слухам, что скоро начнётся война СССР с Англией, Румынией и Польшей, а также абсолютно глупым и пустым сплетням о том, что советская власть «по науке» определила, что следующий год окажется неурожайным).
Советский агитационный плакат
Ввиду данных обстоятельств Сталин понял: НЭП в деревне надо срочно сворачивать, приступать к коллективизации сельского хозяйства (то есть к повсеместной организации колхозов), благодаря чему и заполучить требуемое для экспорта зерно. С этим сталинским мнением согласился в декабре 1927 года ХV съезд ВКП(б) и провозгласил курс на коллективизацию сельского хозяйства в СССР.
Одновременно с осознанием Сталиным и партией проблем, связанных с нэповским сельским хозяйством, выяснилось, что и нэповская промышленность тоже не годится для проведения форсированной индустриализации. Будучи рыночной, нэповская промышленность плохо сочеталась с плановой экономикой. Вышло так: нэповская промышленность жила сама по себе, а индустриализация шла сама по себе. Промышленники из числа частников в индустриализацию капиталовложений не делали, проводилась она исключительно на государственные деньги. Да и государственные предприятия, находясь на коммерческом хозрасчёте, были озабочены вовсе не индустриализацией, а получением от своей хозяйственной деятельности как можно большей прибыли. Для придания же индустриализации по-настоящему мощных темпов требовалась аккумуляция почти всех уже имеющихся промышленных мощностей, что было возможно только в случае централизованного управления всем народным хозяйством страны. Сталин, понял это и вообще отказался экономики НЭПа, сменив его на иную экономическую модель — сталинскую экономику, рассказать о которой и пришёл черед.
(Но перед этим замечу: несмотря на то, что от ленинского НЭПа в конечном итоге пришлось отказаться, советской экономике этот этап её развития был очень необходим: без него не удалось бы добиться политического успокоения уставшего от продразвёрстки крестьянства. Да и то, что в ходе НЭПа получилось навести элементарный порядок в финансовой сфере, более-менее восстановить товарно-денежные отношения, сыграло свою положительную роль при внедрении в жизнь уже сталинской экономической модели).
Начало политической кампании по свёртывнию НЭПа (1927 год)
Итак, советская экономика её четвёртого этапа (1928-1953 гг)…
В сельском хозяйстве в течение нескольких лет была проведена массовая коллективизация. В 1937 году 93% бывших единоличных крестьянских хозяйств находилось уже в составе колхозных хозяйств. За сие великое дело россиянам и всем иным бывшим советским народам перед Сталиным следует сейчас снять шляпу и низко поклониться. Обсуждать коллективизацию можно долго. В рамках же настоящей статьи скажу только, что если бы Сталин не догадался или не отважился провести коллективизацию в деревне, то он не смог бы быстро провести индустриализацию и тогда в 1941 году Советский Союз (то бишь вся историческая Россия) был бы безжалостно уничтожен гитлеровскими полчищами, а его население — частично ликвидировано, частично превращено в бесправных рабов.
Почему для советской власти колхозы были более полезны, нежели единоличные крестьянские хозяйства?
Во-первых, потому, что колхозы были организациями, причём возглавляемые (а значит, и контролируемые) коммунистами, ввиду чего они, в отличие от хитрых крестьян-единоличников, никогда не саботировали государственные зерновые закупки.
Во-вторых, колхозы с их тракторами и прочей сельхозтехникой в своей деятельности оказались экономически куда более результативней крестьян-единоличников с их лошадьми и плугами: колхозы производили больше сельхозпродукции на продажу (в том числе зерна, столь необходимого для проведения форсированной индустриализации) .
В-третьих, колхозы, получив в скором времени от государства неплохую техническую оснащённость, использовали в работе меньше людских ресурсов (возникший излишек рабочей силы был перенаправлен в промышленность, без чего ускоренных темпов индустриализации было бы не добиться).
Вся государственная промышленность в СССР стала напоминать единый завод, в котором разбросанные по стране предприятия, по сути, являлись его отдельными цехами, не конкурировавшими между собой, а взаимно дополнявшими друг друга. При этом было установлено простое и чёткое централизованное (или по другому – отраслевое) управление этим «заводом»: предприятие в зависимости от своей отраслевой принадлежности подчинялось отраслевому главку, главк подчинялся отраслевому наркомату (с 15 мая 1946 года все наркоматы в СССР были преобразованы в министерства) во главе с наркомом (позже — министром), нарком (министр) входил в состав правительства (Совнарком СССР, позже – Совет министров СССР) и подчинялся его председателю, ну а деятельность последнего контролировал партийный лидер — Сталин (с 6 мая 1941 года и до самой своей смерти 5 марта 1953 года он занимал также и пост председателя правительства).
Революционер Иосиф Сталин в тюрьме после ареста в Баку (1910 год)
Данные предприятия (как, впрочем, и все иные государственные предприятия страны: строительные, транспортные и др.; они функционировали и управлялись на тех же принципах, что и промышленные предприятия) работали в соответствии с планом, разработанным Госпланом СССР, и в своей хозяйственной деятельности стремились достичь запланированных показателей. План предписывал предприятиям, что именно, в каком количестве и в какой срок им нужно произвести, а вот как этого добиться определяли уже непосредственно сами предприятия. Материальными ресурсами для ведения производственной деятельности предприятия централизовано обеспечивались государством через специальное снабженческое ведомство (в разные годы оно называлось по-разному: Наркомснаб СССР, Госснаб СССР, Госпродснаб СССР). Реализацией (распределением) произведённой предприятиями промышленной продукцией предприятия теперь не занимались – эту функцию взяло на себя государство (через органы указанного выше снабженческого ведомства). При этом цены на реализуемую (в том числе продаваемую в розницу для населения) промышленную продукцию устанавливало государство.
Иосиф Сталин в 1920-е годы
Ввиду того, что все предприятия государственной формы собственности фактически представляли собой структурные подразделения единой народнохозяйственной мегакорпорации, то государство обладало возможностью распоряжаться всей произведённой этими предприятиями добавленной стоимостью по своему усмотрению, перекидывая и направляя ее в необходимых объёмах на наиболее важные участки экономического фронта. Данной возможностью государство, активно пользовалось, в результате чего все государственные предприятия в Советском Союзе, порой даже не ведая того, оказывались подключёнными государством к реализации нужных для страны в целом и её народа экономических проектов в самых различных сферах (например, в дорожном или железнодорожном строительстве, геологоразведке и т.д.).
Стержнем сталинской экономики был её плановый характер. Планированию подверглась практически вся народнохозяйственная деятельность. Предполагалось, что планирование обеспечит стране мощный экономический прогресс. Для этого в планы в обязательном порядке включалось множество амбициозных экономических проектов, что стало одной из отличительных особенностей сталинской экономической модели.
Сталин идёт по Москве (вплоть до 1932 года он выходил на такие прогулки с минимальным сопровождением)
В планировании сталинская экономика отдавала предпочтение ускоренному развитию группы отраслей А (производство средств производства) по отношению к группе отраслей Б (производство предметов потребления). (Кстати, совершенно правильный принцип! Допустим, один ткацкий станок (средство производства), за месяц может произвести 1000 квадратных метров ткани (предметов потребления). Если произвести ещё два ткацких станка, то три ткацких станка произведут за тот же срок уже 3000 квадратных метров ткани. А вот если те же деньги потратить не на производство двух дополнительных станков, а на увеличение производительности имеющегося одного станка (другими словами, на производство предметов потребления) – допустим, путём внесения в него каких-то технических усовершенствований прямо по месту его эксплуатации (что весьма проблемно), то, возможно (но не факт!!!), этот станок и произведёт за один месяц ткани немного больше чем 1000 квадратных метров ткани, но уж всяко он не сможет произвести в тот же срок 3000 квадратных метров ткани. То есть, чтобы существенно нарастить производство предметов потребления, следует прежде всего существенно нарастить производство средств производства).
Иосиф Сталин в 1930 году
Другой особенностью сталинской экономической модели являлся её противозатратный механизм. Государственные предприятия в ней были нацелены не на получение прибыли, а на выполнение и перевыполнение плана. При этом государство сформировало у предприятий постоянное стремление к снижению себестоимости выпускаемой ими продукции. Предприятия мотивировались на то тем, что часть произведённой ими добавленной стоимости государство оставляло в их распоряжении. Она зачислялась в созданный на каждом предприятии фонд директора (или, по-другому, директорский фонд), который тратился на материальное стимулирование рабочих и служащих, улучшение их материального быта (например, строительства жилья для них). Данный фонд образовывался из 4% плановой и 50% сверхплановой произведенной предприятием добавочной стоимости. Сверхплановая добавочная стоимость могла возникнуть только при условии снижения себестоимости выпускаемой продукции. То есть чем меньше предприятие тратило рабочего времени, финансовых средств и прочих материальных ресурсов на выпуск продукции, тем выше получалась сверхплановая добавочная стоимость, а значит, становился выше и её процент, зачисляемый в директорский фонд. Сие положительно действовало на мотивацию трудовых коллективов и они усердствовали изо всех сил: старались с пользой для дела использовать каждую рабочую минуту, придумывали более эффективные формы организации труда, внедряли рационализаторские предложения, бережно относились к расходованию сырья и т.д. Благодаря этому экономика получалась экономной, себестоимость выпускаемой предприятиями продукции регулярно снижалась, что позволяло государству периодически существенно снижать розничные цены для населения.
Иосиф Сталин в 1932 году
(Например, в период с 1947 по 1953 год, несмотря на очень трудное послевоенное время, розничные цены централизовано снижались государством три раза. 1 апреля 1954 года, то есть уже после смерти Сталина, по инерции произошло последнее централизованное снижение цен. Далее советская экономика, в которой сталинская экономическая модель руководством страны, увы, начала активно разрушаться, снижения цен не знала – они уже только росли).
Ещё одной прекрасной чертой сталинской экономической модели являлось отсутствие в ней даже намёков на уравниловку в оплате труда.
Так, в сельском хозяйстве работа колхозников оплачивалась по числу заработанных им трудодней, у кого их было больше – тот и получал большее вознаграждение (причём за один рабочий день колхозник в зависимости от сложности и важности выполняемой им работы мог заработать сразу несколько трудодней!!!), за перевыполнение плана прибавлялся «вес» трудодней.
В промышленности преобладала сдельная оплата труда (то есть по количеству произведённой продукции).
Во всех её производственных сферах существовала гибкая система премирования. Передовики производства получали значительно более высокую зарплату, в сравнении с работниками, не блиставшими трудовыми достижениями, и, кроме того, поощрялись морально (это, кстати, практиковалось и в сельском хозяйстве), то есть всячески прославлялись: получали грамоты, почётные звания и государственные награды, о них рассказывали в средствах массовой информации, их фотографии выставлялись на досках почётах, художники рисовали их портреты, ну и т.д.
При оплате труда рабочих и служащих обязательно учитывался уровень их квалификации и профессиональной подготовки (образование, разряд и т.п.).
Рационализаторы, чьи рационализаторские предложения внедрялись в производство, получали за них очень солидное денежное вознаграждение.
Всё перечисленное выше самым что ни на есть положительным образом сказывалось на росте производительности труда как в промышленности, так и в сельском хозяйстве.
В сталинской экономической модели важная роль отводилась НКВД СССР – перед ним государством ставились крупномасштабные строительные задачи, которые он решал путём активного использования труда осуждённых к лишению свободы (надеюсь, уважаемые читатели, вы понимаете, что в своём подавляющем большинстве они были обычными уголовниками и не относились к числу жертв политических репрессий).
При этом справедливо считалось, что такой труд, во-первых, в силу своей дешевизны послужит на благо Родины (её экономическому развитию), а во-вторых, наилучшим образом поспособствует перевоспитанию самих преступников (в дальнейшем убоятся совершать новые преступления).
Добросовестный труд заключённых поощрялся государством их досрочным освобождением, что последних сильно стимулировало на продуктивную работу и они вкалывали с завидной энергичностью.
Советский агитационный плакат (для заключённых, строящих канал Москва-Волга)
Расчёт Сталина на подневольный труд отбывающих наказание преступников оправдался в полной мере! Благодаря им был возведён ряд важных народно-хозяйственных объектов (например, с перевыполнением запланированных сроков были проложены речные судоходные каналы: Беломорканал, канал Москва-Волга).
Заключённые-каналоармейцы (сокращённо — ЗэКа) строят Беломорканал
Сталинская экономика, несмотря на её огромную государственную составляющую, тем не менее носила многоукладный характер: в ней нашлось место для частных хозяйствующих субъектов.
Так, Сталин не запретил трудовую деятельность кустарей-одиночек (например, в конце 1940-х годов только в РСФСР ими официально значилось около 80 тысяч человек). Те, невзирая на коллективизацию, индустриализацию и другие громкие события, продолжали, как и во времена НЭПа, работать сами на себя вне плана (кроме них, этого уже не позволялось никому!!!) в качестве ювелиров, часовых мастеров, сапожников, плотников, столяров, бондарей, кровельщиков, электромонтёров и иных индивидуалов-частников (впрочем, некоторые из них вели свою хозяйственную деятельность целыми семьями, что не нарушало законодательства того времени).
Молодой кустарь-одиночка валяет на продажу валенки (фото 1930-х годов)
Кустари-одиночки в том числе вправе были самостоятельно производить на продажу некоторые виды промышленных и продовольственных товаров, но только из их собственных сырья и материалов (данное обстоятельство сильно ограничивало число кустарей-товаропроизводителей). Почему только из собственных? Да потому, что иначе кустари стали бы массово скупать сырьё и материалы (например, ткани для пошива одежды) в магазинах розничной торговли, вследствие чего для обычных покупателей их просто бы не осталось. Напрямую же из государственных фондов кустари брать сырьё и материалы не могли, так как они предназначались только для тех, кто работал в рамках плановой экономики.
Кустарь-одиночка продаёт сделанные своими руками гончарные изделия (1931 год)
Городским жителям для легального осуществления индивидуально-трудовой деятельности необходимо было оформить в налоговом органе (финотделе) соответствующее регистрационное удостоверение. Без всякой регистрации горожанам разрешалось обслуживать на возмездной основе домашние хозяйства граждан (производить колку дров, стирку белья, осуществлять уход за детьми и больными, ну и т.д.), продавать изготовленные самостоятельно продукты (пастилу, леденцы, квас и др.), в том числе на железнодорожных станциях и водных пристанях.
Кустарь-одиночка плетёт на продажу корзину (фото 1930-х годов)
Оформления указанного выше регистрационного удостоверения не требовалась от сельских жителей, поскольку они уплачивали сельскохозяйственный налог, в котором уже был учтён доход от возможной индивидуально-трудовой деятельности.
Сельский кустарь-одиночка изготавливает на продажу сани (1930 год)
Сталин не запретил и даже, наоборот, всячески поощрял работу негосударственных, созданных на деньги частных лиц промысловых артелей (то бишь кооперативов). Некоторые из них добывали местные природные ресурсы (торф, известняк и др.), по заданию государства перерабатывали их (например, лесоматериалы), предоставляли услуги населению (например, было много артелей-парикмахерских). Но большинство артелей занималось производством продукции, требовавшейся советским людям в быту: посуды, мебели, одежды, велосипедов, радиоприёмников, и много чего другого (сырьё артелям поставлялось из государственных фондов в плановом порядке по тем же оптовым ценам, что и государственным предприятиям; производственная деятельность артелей осуществлялась по разработанными ими же планам, утверждавшимся вышестоящими кооперативными организациями: промысловыми советами и союзами; в целом план промысловой кооперации являлся частью народно-хозяйственного плана СССР).
Отделочный цех обувной артели «Искра» в Муроме (фото 1930-х годов)
Число промысловых артелей быстро росло (к 5 марту 1953 года, то есть ко дню смерти Сталина, в СССР их уже насчитывалось 114 тысяч!!!). Поэтому объёмы выпускаемой ими продукции были велики. Например, почти все производимые в стране детские игрушки были результатом деятельности именно промысловых артелей.
Производство новогодних игрушек артели им.П.Рубена в Ленинграде (1937 год)
Доводилось артелям изготавливать промышленную продукцию и куда более серьёзней. Так, во время Великой Отечественной войны они выпускали автоматы, ручные гранаты, корпуса для мин, гильзы для гаубиц, сапёрные лопатки, а также другие виды вооружений, боеприпасов и боевого снаряжения (например, в Ленинграде артель «Примус» после объединения с артелью «Штампмет» наладила в 1942 году массовый выпуск пистолета-пулемёта Судаева).
В чём заключался главный смысл наличия промысловых артелей в сталинской экономической модели? В том, что они гораздо лучше крупных государственных предприятий отслеживали потребности населения и быстрее реагировали на них (данные потребности из-за скоротечности моды и беспрестанно развивающегося технического прогресса меняются стремительно), производя именно ту продукцию, нужду в которых испытывали обычные люди в конкретной текущей ситуации (продавать такую продукцию артелям разрешалось с наценкой не больше 10-13% по сравнению с её государственными аналогами).
Продукция работавшей в Новосибирске артели «Симфония» (1952 год)
При всём этом промысловые артели вправе были (и данным правом они, естественно, пользовались) в добровольном порядке подряжаться на выполнение заданий государственного плана.
Артель «Красный ударник» в Татарской АССР выполняет госзаказ по производству напильников (1940 год)
Сталиным не была полностью запрещена свободная торговля сельскохозяйственной продукцией. Колхозы (они имел статус сельскохозяйственных артелей, то есть негосударственных организаций) оставшуюся у них после обязательных поставок государству сельхозпродукцию вправе были продавать по свободным ценам на колхозных рынках. Таким же правом обладали и сами колхозники – на колхозных рынках они продавали сельхозпродукцию (в основном продовольствие), полученную ими на своих приусадебных участках (а участки колхозным семьям выделялись нехилые – площадью до двух гектаров!!!). На этих рынках горожане находили себе мясо, молоко, картофель и другие продукты питания, которые в государственной торговле, бывало, отсутствовали.
Овощной ряд колхозного рынка в Ленинграде (1937 год)
Сталинская экономическая модель предусматривала самодостаточность и экономическую независимость Советского Союза. Со временем (когда индустриализация стала давать свои плоды) всё самое необходимое для него уже производилось в нём самом из его собственных материалов. При этом ценообразование внутри страны было привязано исключительно к отечественной валюте – советскому рублю. Такая автаркичность позволяла СССР не зависеть от мировых цен на углеводороды, мировых кризисов перепроизводства, курсов иностранных валют и других внешних факторов, способствовало улучшению его позиций во внешнеторговой деятельности.
Да, становление сталинской экономики проходило нелегко…
Крестьяне в своём большинстве в силу укоренившегося в них дремучего невежества и частнособственнической психологии не хотели вступать в колхозы, с целью уклонения от внесения при вступлении в них паевых взносов забивали свой домашний скот и прятали свои зерновые запасы в ямах (где от сырости те часто приходили в негодность, не доставаясь никому!!!), работали в колхозах с прохладцей и, более того, умышленно вредили им – это, конечно, мешало колхозам проявлять свой экономический потенциал и даже приводило к голоду среди колхозников. Однако советская власть справилась с данными проблемами (сломила сопротивление кулаков и подкулачников, стала усиленно обеспечивать колхозы тракторами, комбайнами и другой техникой, неустанно проводила среди крестьянства агитационную работу, разъясняя им выгоды колхозного уклада) и скоро всё наладилось: колхозная машина заработала как надо, принося пользу как стране, так и самим колхозникам.
В городах в период становления сталинской экономической модели были другие проблемы.
Так, задействованное в индустриализации городское население зарабатывало неплохо, но ввиду того, что в ходе неё преимущество отдавалось возведению машиностроительных заводов, товаров ширпотреба (да и по указанным выше причинам продовольствия) поначалу не хватало. При этом как таковой товарный дефицит отсутствовал: были открыты государственные коммерческие магазины (частные коммерческие магазины запретили в 1932 году), в которых пусть дорого, но имелось всё необходимое.
Государственный коммерческий магазин (1932 год)
Продукты питания, хотя тоже недешёвые, всегда были в наличии и на колхозных рынках.
Торговля свининой на колхозном рынке (Орехово-Зуево, 1932 год)
В этот период, чтобы в государственных магазинах, в которых торговля шла по твёрдым ценам, горожане не смели с прилавков все товары, а на колхозных рынках цены на продовольствие не взлетели до небес, зарплату деньгами им выдавали лишь частично (на другую её часть оформляли облигации госзайма), вновь ввели систему их снабжения продовольствием, одеждой и обувью по карточкам.
Очередь за хлебом по карточкам (Москва, 1929 год)
Однако сталинская экономика скоро начала демонстрировать очевидные всем положительные результаты. Уже в 1935 году карточная система была отменена, а коммерческие магазины закрыты за их ненужностью — обычные магазины стали ничуть не хуже.
Свободная торговля одеждой в одном из магазинов Подмосковья (1935 год)
И не только в столичном регионе, но и в провинции!
Продажа посуды без ограничений в г.Кузнецке Пензенской области (вторая половина 1930-х годов)
Касалось это как промтоварных магазинов, так и продовольственных!
Картина Ю.И.Пименова «В магазине» (1938 год)
Личный переводчик Сталина и советский дипломат В.М.Бережков, спустя много десятилетий, вспоминал об этом времени: «Если перечислить продукты, напитки и товары, которые в 1935 году появились в магазинах, то мой советский современник, пожалуй, не поверит. В деревянных кадках стояла чёрная и красная икра по вполне доступной цене. На прилавках лежали огромные туши лососины и сёмги, мясо самых различных сортов, окорока, поросята, колбасы, названия которых теперь никто не знает, сыры, фрукты, ягоды – всё это можно было купить без всякой очереди и в любом количестве. Даже на станциях метро стояли ларьки с колбасами, ветчиной, сырами, готовыми бутербродами и различной кулинарией. На больших противнях были разложены отбивные и антрекоты».
Картина Ю.Ю.Клевера (младшего) «В рыбном магазине» (1938 год)
К сожалению, такое продовольственное изобилие при Сталине в силу независящих от воли последнего причин не приобрело устойчивого характера (замечу: сие не относилось к товарам ширпотреба, с ними ситуация по понятным причинам стала скверной только в военную пору).
Первый год без хлебных карточек — булочная в Горьком (1935 год)
Под самый конец 1930-х годов по стране поползли слухи о приближающейся большой войне, что породило у горожан ажиотажный спрос на продовольствие. Его стали закупать впрок, вследствие чего опять стала возникать нехватка продуктов питания по дешёвым государственным ценам.
Один из прилавков гастронома в Вологде (1938 год)
Затем действительно запылала длительная и чрезвычайно разрушительная война, отчего жизнь советских людей в экономическом отношении очень существенно ухудшилась. Снова появились карточки…
По таким карточкам в войну можно было купить продовольствие по низким ценам
И государственные коммерческие магазины, в которых можно было купить без карточек самые различные товары, но, увы, только по весьма высоким ценам.
Торговля в государственном коммерческом магазине (Москва, 1944 год)
В самые первые послевоенные годы, когда стране надо было срочно устранять понесенный в войне материальный урон, народу тоже было нелегко. Плюс к этому в 1946 году Центральное Черноземье, Поволжье, Украину и Молдавию поразила засуха, урожайность зерновых культур резко упала и начался голод (последний в истории СССР), который, согласно официальным сведениям, поразил около 1,7 млн человек. Но сталинская экономика пёрла напролом, как танк по бездорожью, и экономического облегчения обычным гражданам ждать долго не пришлось: урожай 1947 года оказался уже относительно удовлетворительным и к концу года голод был в целом устранён. Более того, уже 16 декабря 1947 года Советский Союз первым из всех европейских государств отменил карточное снабжение!
17 декабря 1947 года — колбасный отдел московского Гастронома № 3
(Кстати, в том году из всех держав, участвовавших во Второй мировой войне, карточки полностью были отменены ещё только в США).
Хлебный отдел московского гастронома № 2 — недавно отменили карточки (1947 год)
Советские граждане были приятно впечатлены. И не только они! Например, так же впечатлён был штатный корреспондет американского журнала «Лайф» Томас Маквой. В связи с этим он, будучи в 1947 году в Москве, сразу после отмены карточной системы сделал целую серию фотографий, на которых зафиксировал поразительное продовольственное изобилие наблюдаемое им в государственной розничной торговле.
Фотография Томаса Маквоя
Признаться, меня его фотографии тоже не оставили равнодушным (особено та, на которой видны бочонки с красной и даже чёрной икрой!!!).
Ещё одна из фотографий Томаса Маквоя
В дальнейшем ситуация в советских (читай: сталинских) магазинах только всё более и более улучшалась.
Колбасы, сало, мясо, консервы в обычном продовольственном магазине Москвы (1950 год)
Магазинные прилавки не переставали ломиться от еды.
Московский магазин «Продукты» (1951 год)
И это притом, что ещё недавно был самый настоящий голод!
1 апреля 1952 года — колбасный отдел Елисеевского магазина в Москве
Товарное изобилие наблюдалось не только в части продовольственных и всех иных товаров народного потребления…
Отдел тканей в Москворецком универсальном магазине (Москва, 1 марта 1950 года)
В том числе не относящихся к числу предметов первой необходимости.
Отдел меховых изделий в Московском ЦУМе (1948 год)
И это было характерно не только для Москвы, но и для всех земель и весей огромного Советского Союза!
В продуктовом магазине Риги (Латвийская ССР, 1950 год)
Как касаемо продаваемых в магазинах продуктов питания…
Холодильников в сталинском СССР было мало и консервы пользовались большим спросом (Куйбышев, 1950 год)
(Причём точно в таком же ассортименте, что и в союзной столице!!!).
Продавец Ксения Сазонова предлагает свежую рыбу (г.Калининград Московской области, 1953 год)
Так и непродовольственных товаров…
Магазин обуви в Ставропольском крае (1952 год)
(Попутно отмечу, что в послевоенное время в СССР появились и так называемые фирменные магазины — внешне они не уступали лощённым западным торговым заведениям!!!).
Один из первых отечественных фирменных магазинов (Москва, 1949 год)
Предлагаемые населению во второй половине 1930-х годов и начиная с конца 1947 года товары в государственной розничной торговле были по ценам ему вполне доступны. Сему способствовало то, что, во-первых, происходил неуклонный рост его доходов. Например, на построенном и введённом в эксплуатацию 17 июня 1930 года Сталинградском тракторном заводе-гиганте среднемесячная заработная плата рабочих к 1938 году составляла 300 руб. 60 коп., у инженерно-технического персонала почти в два раза больше – 430 руб. 30 коп. Однако уже в 1939 году в связи ростом производительности труда на том же заводе у обеих категорий этих работников зарплата выросла примерно на 15% в сравнении с предыдущим 1938 годом.
Примеры роста доходов в СССР у представителей некоторых профессий
Ну и, во-вторых, сами розничные цены в указанное выше время, как я уже говорил, периодически централизованно снижались!
Примеры снижения розничных цен в СССР по конкретным продуктам питания и иным товарам
Следует признать, что Сталин, на деле доказавший свою гениальность, вполне сравнимую с гениальностью Ленина, сумел создать очень могучую экономическую систему, превратившую, как по мановению волшебной палочки, нищую страну в гигантских размеров строительную площадку с кипевшей на ней работой, приносившей результаты, которые не могли не впечатлять (наблюдая со стороны, трудно было понять, как вообще советская власть без внешней финансовой помощи смогла изыскать силы и средства для реализации столь грандиозного экономического проекта!!!).
Вождь советского народа Иосиф Сталин!
Данные результаты высоко оценили и в странах Запада, где происходившее в советской экономике было названо сталинским экономическим чудом. Вот некоторые отзывы, опубликованные уже к январю 1933 году (!!!) в западной прессе…
Французская буржуазная газета «Тан»: «СССР выиграл первый тур [индустриализации], индустриализируясь без помощи иностранного капитала».
Сталинградский тракторный завод в 1938 году — советская экономика в нём очень нуждалась!
Эта же газета: «Коммунизм гигантскими темпами завершает реконструкцию, в то время как капиталистический строй позволяет двигаться только медленными шагами… Во Франции, где земельная собственность разделена до бесконечности между отдельными собственниками, невозможно механизировать сельское хозяйство; Советы же, индустриализируя сельское хозяйство, сумели разрешить [существовавшую у них аналогичную] проблему… В состязании с нами большевики оказались победителями».
Запорожский металлургический комбинат в 1931 году — без него советская экономика обойтись не могла!
Британский буржуазный журнал «Раунд Тэйбл»: «Достижения [первого] пятилетнего плана представляют собой изумительное явление. Тракторные заводы Харькова и Сталинграда, автомобильный завод АМО в Москве, автомобильный завод в Нижнем Новгороде, Днепровская гидроэлектрическая станция, грандиозные сталелитейные заводы в Магнитогорске и Кузнецке, целая сеть машиностроительных и химических заводов на Урале, который превращается в советский Рур, — все эти и другие промышленные достижения во всей стране свидетельствуют, что, каковы бы ни были трудности, советская промышленность, как хорошо орошаемое растение, растёт и крепнет… Пятилетний план заложил основы будущего развития и чрезвычайно усилил мощь СССР».
Магнитогорский металлургический комбинат в 1945 году — в его отсутствие советская экономика прозябала бы!
Британская буржуазная газета «Финаншиэл Таймс»: «Успехи достигнутые [Советским Союзом] в машиностроительной промышленности, не подлежат никакими сомнениям. Восхваления этих успехов в печати и в речах отнюдь не являются необоснованными. Не надо забывать, что прежде Россия производила только самые простые машины и орудия. Правда, и теперь абсолютные цифры ввоза машин и инструментов увеличиваются; но пропорциональная доля импортированных машин по сравнению с теми, которые были произведены в самом СССР, непрерывно уменьшается. СССР в настоящее время производит всё оборудование, необходимое для своей металлургической и электрической промышленности. Он сумел создать свою собственную автомобильную промышленность. Он создал производство орудий и инструментов, которое охватывает всю гамму от самых маленьких инструментов большой точности и вплоть до наиболее тяжёлых прессов. Что же касается сельскохозяйственных машин, то СССР уже не зависит от ввоза [их] из-за границы… Не подлежит сомнению, что построенные вновь огромные заводы гарантируют значительный рост продукции тяжёлой промышленности».
Уральский машиностроительный завод в 1933 году — без своих машин советская экономика была бы хилой!
Американский буржуазный журнал «Нейшен»: «Четыре года пятилетнего плана принесли собой поистине замечательные достижения. Советский Союз работал с интенсивностью военного времени над созидательной задачей построения основ новой жизни. Лицо страны меняется буквально до неузнаваемости… Это верно относительно Москвы с её сотнями заново асфальтированных улиц и скверов, новых зданий, с новыми пригородами и кордоном новых фабрик на её окраинах. Это верно и относительно менее значительных городов. Новые города возникли в степях и пустынях, [причём] не какие-нибудь несколько городов, а по меньшей мере 50 городов с населением от 50 до 250 тысяч человек. Все они возникли в последние четыре года, каждый из них является центром нового предприятия или ряда предприятий, построенных для разработки естественных ресурсов. Сотни новых районных электростанций и целый ряд гигантов, подобно Днепрострою, постепенно воплощают в жизнь формулу Ленина: «Социализм есть Советская власть плюс электрификация»… Советский Союз организовал производство бесконечного множества предметов, которых Россия раньше никогда не производила: тракторов, комбайнов, высококачественных сталей, синтетического каучука, шарикоподшипников, мощных дизелей, турбин в 50 тыс. квт., телефонного оборудования, электрических машин для горной промышленности, аэропланов, автомобилей, велосипедов и нескольких сот типов новых машин… Впервые в истории Россия добывает алюминий, магнезит, апатиты, йод, поташ и многие другие ценные продукты. Путеводными точками советских равнин не являются больше кресты и купола церквей, а [являются] зерновые элеваторы и силосные башни. Колхозы строят дома, хлева, свинарники. Электричество проникает в деревню, радио и газеты завоевали её. Рабочие учатся работать на новых машинах. Крестьянские парни производят и обслуживают сельскохозяйственные машины, которые больше и сложнее, чем то, что видела когда-либо Америка. Россия начинает «мыслить машинами», Россия быстро переходит от века дерева к веку железа, стали, бетона и моторов».
Таймыр. Норильский никелевый комбинат в 1938 году — советская экономика пришла и в Арктику!
Председатель британского банка «Юнайтед доминион» Гиббсон Джарви (посетил Советский Союз в 1932 году): «Я хочу разъяснить, что я не коммунист и не большевик, я – определённый капиталист и индивидуалист… Россия движется вперёд, в то время как слишком много наших заводов бездействуют и примерно 3 миллиона нашего народа ищут в отчаянии работы. Пятилетку [западные страны] высмеивали и предсказывали её провал. Но вы можете считать несомненным, что в условиях пятилетнего плана [было] сделано [даже] больше, чем намечалось… Во всех [советских] промышленных городах, которые я посетил, возникают новые районы, построенные по определённому плану, с широкими улицами, украшенными деревьями и скверами, с домами наиболее современного типа, школами, больницами, рабочими клубами, яслями и детскими садами, где заботятся о детях работающих матерей… Быть может самое важное – в том, что вся молодёжь и рабочие в России имеют одну вещь, которой, к сожалению, недостаёт сегодня в капиталистических странах, а именно – надежду».
Московский автомобильный завод «ЗИС» в 1938 году — советская экономика была бы немыслима без него!
Левореформистский британский журнал «Форвард»: «Бросается в глаза огромная работа, которая происходит в СССР. Новые заводы, новые школы, новое кино, новые клубы, новые громадные дома – всюду новые постройки. Многие из них уже кончены, другие ещё окружены лесами. Трудно рассказать английскому читателю, что сделано за последние два года и что делается дальше. Надо всё это видеть для того, чтобы этому поверить. Наши собственные достижения, осуществленные нами во время войны, — лишь пустяк по сравнению с тем, что делается в СССР. Американцы признают, что даже в период самой стремительной созидательной горячки в западных штатах, там не было ничего похожего на теперешнюю лихорадочную творческую деятельность в СССР. За последние два года в СССР произошло так много изменений, что отказываешься далее представлять себе, что же будет в этой стране ещё через 10 лет… СССР строит новое общество на здоровых основах».
Горьковский автомобильный завод «ГАЗ» и его продукция в 1936 году — это тоже советская экономика!
Бельгийская делегация профсоюзов рабочих (посещала Советский Союз в годы его индустриализации несколько раз): «Мы восхищены тем громадным строительством, которое мы наблюдали во время нашего путешествия. В Москве, как и в Макеевке, Горловке, Харькове и Ленинграде, мы могли констатировать, с каким энтузиазмом там работают. Все машины – новейшей конструкции. На заводах – чистота, много воздуха и света. Мы видели, как в СССР, рабочим оказывается медицинская и санитарная помощь. Рабочие жилища построены вблизи от заводов. В рабочих городках организованы школы и ясли; дети окружены самыми тщательными заботами. Мы могли видеть разницу между старыми и вновь построенными заводами, между старыми и новыми жилищами. Всё, что мы видели, дало нам ясное представление о громадной силе трудящихся, строящих новое общество под руководством коммунистической партии».
Военный 1942 год… Завод авиадвигателей в Молотовской (Пермской) области — советская экономика ковала победу!
Сам Сталин 7 января 1933 г. на пленуме Центрального комитета ВКП(б), оценивая результаты первой пятилетки, говорил в своём докладе: «У нас не было чёрной металлургии, основы индустриализации страны. У нас она есть теперь. У нас не было тракторной промышленности. У нас она есть теперь. У нас не было автомобильной промышленности. У нас она есть теперь. У нас не было станкостроения. У нас оно есть теперь. У нас не было серьёзной и современной химической промышленности. У нас она есть теперь. У нас не было действительной и серьёзной промышленности по производству современных сельскохозяйственных машин. У нас она есть теперь. У нас не было авиационной промышленности. У нас она есть теперь. В смысле производства электрической энергии мы стояли на самом последнем месте. Теперь мы выдвинулись на одно из первых мест. В смысле производства нефтяных продуктов и угля мы стояли на последнем месте. Теперь мы выдвинулись на одно из первых мест. У нас была лишь одна единственная угольно-металлургическая база – на Украине, с которой мы с трудом справлялись. Мы добились того, что не только подняли эту базу, но создали ещё новую угольно-металлургическую базу – на Востоке, составляющую гордость нашей страны. Мы имели лишь одну единственную базу текстильной промышленности – на Севере нашей страны. Мы добились того, что будем иметь в ближайшее время две новых базы текстильной промышленности – в Средней Азии и Западной Сибири».
Сбор турбины для Цимлянской ГЭС на Ленинградском металлическом заводе (картина 1951 года)
С 1928 года и до июня 1941 года в СССР было введено в действие 3 тысячи крупных промышленных предприятий. То есть в данный период в стране каждый день в среднем запускалось по 14 крупных промышленных предприятий (а ведь вводились в действие ещё очень много средних и мелких промышленных предприятий!!!).
Это были просто фантастические, доселе невиданные в мире темпы экономического роста!
Благодаря столь эффективной сталинской экономики Советской Союз смог, отстояв свою свободу и независимость, одержать победу в Великой Отечественной войне, а затем в кратчайшие сроки без посторонней помощи восстановить то, что было разрушено гитлеровцами на советской земле во время войны.
Рабочие сталинской эпохи понимали, кому прежде всего была обязана советская экономика!
Тем не менее после смерти Сталина созданная им экономическая модель была уничтожена (оставлены были лишь некоторые её элементы). Экономической необходимости в этом не имелось никакой! В послевоенное время жизнь в стране налаживалась, материальности трудности уходили в прошлое, экономика по-прежнему успешно развивалась в соответствии с утверждёнными планами, которые часто выполнялись досрочно. (Например, в 1948 году началось строительство Волго-Донского речного судоходного канала протяжённостью в 101 км. Построен он был быстрее, чем планировалось, — за 4,5 года, что в мировой практике гидростроительства стало рекордно коротким сроком!!! Для сравнения: судоходный Панамский канал протяжённостью 81,6 км американцами строился 10 лет: с 1904 по 1914 год).
Открытие в 1952 году Волго-Донского канала. Вот она — советская экономика!
Да и материальная жизнь обычных советских людей при сталинской экономической модели была вполне нормальной и внушающей оптимизм. В подтверждении этого приведу воспоминания профессора, доктора технических наук В.А.Торгашева (в них он рассказывает приблизительно о середине 1950-х годов)…
«Несколько слов о ленинградских гастрономах того времени. Наибольшим разнообразием отличался рыбный отдел. Несколько сортов красной и чёрной икры было выставлено в больших мисках. Полный ассортимент белой рыбы горячего и холодного копчения, красная рыба от кеты до сёмги, копчёные угри и маринованные миноги, селёдка в банках и бочках. Живая рыба из рек и внутренних водоёмов доставлялась сразу после вылова в специальных автоцистернах с надписью «рыба». Мороженой рыбы не было. Она появилась лишь в начале 60-х годов. Было множество рыбных консервов, из которых я помню бычки в томате, вездесущих крабов по 4 рубля за банку и любимый продукт студентов, живущих в общежитии – тресковую печень. Говядина и баранина делилась на четыре категории с различной ценой, в зависимости от части туши. В отделе полуфабрикатов были представлены лангеты, антрекоты, шницеля и эскалопы. Разнообразие колбас было существенно шире, чем сейчас, а их вкус я помню до сих пор. Сейчас лишь в Финляндии можно попробовать колбасу, напоминающую советскую из тех времён. Следует сказать, что вкус варёных колбас изменился уже в начале 60-х годов, когда Хрущёв предписал добавлять в колбасы сою. Это предписание проигнорировали лишь в прибалтийских республиках, где ещё в 70-х годах можно было купить нормальную докторскую колбасу».
Обычный советский магазин кондитерских изделий (ноябрь 1954 года)
А вот, что пишет он же о наличии в продаже непродовольственных товаров…
«Обеспеченность населения промышленными товарами в середине 50-х годов была достаточно высокой. Например, в рабочих семьях на каждого человека ежегодно приобреталось более 3-х пар обуви. Качество и разнообразие потребительских товаров исключительно отечественного производства (одежда, обувь, посуда, игрушки, мебель и другие бытовые товары) было намного выше, чем в последующие годы. Дело в том, что основная часть этих товаров выпускалась не государственными предприятиями, а артелями. Причём продавалась продукция артелей в обычных государственных магазинах. Как только появлялись новые тенденции в моде, они мгновенно отслеживались, и уже через несколько месяцев модные товары появлялись в изобилии на полках магазинов. Например, в середине 50-х годов возникла молодежная мода на туфли с толстой каучуковой подошвой белого цвета в подражание крайне популярному в те годы исполнителю песен в стиле рок-н-ролл Элвису Пресли. Эти туфли отечественного производства я спокойно приобрёл в обычном универмаге осенью 1955 года наряду с другим модным предметом – галстуком с яркой цветной картинкой. Единственный товар, который не всегда можно было купить, это популярные грамзаписи. Тем не менее, у меня в 1955 году были пластинки, купленные в обычном магазине, почти всех популярных в то время американских джазовых музыкантов и певцов, таких как Дюк Эллингтон, Бенни Гудман, Луи Армстронг, Элла Фитцжеральд, Глен Миллер. Лишь записи Элвиса Пресли, нелегально выполненные на использованной рентгеновской плёнке (как тогда говорили «на костях») приходилось покупать с рук. Я не помню в тот период импортных товаров. И одежда и обувь выпускались небольшими партиями и отличались широким разнообразием моделей. Кроме того, было широко распространено изготовление одежды и обуви по индивидуальным заказам в многочисленных швейных и трикотажных ателье, в обувных мастерских, входящих в состав промысловой кооперации. Немало было портных и сапожников, работавших индивидуально. Самым ходовым товаром в то время были ткани. Я до сих пор помню названия таких популярных в то время тканей как драп, шевиот, бостон, крепдешин».
Отдел готового платья в магазине № 1 Горпромторга в Комсомольске-на-Амуре (1957 год)
Не забыл Торгашев упомянуть в своих мемуарах и о ситуации с автомобилями…
«Ассортимент автомобилей был невелик, но проблем с их приобретением не было. В Ленинграде в большом универмаге «Апраксин двор» находился автомобильный салон. Я помню, что в 1955 году там были выставлены для свободной продажи автомобили: «Москвич-400» за 9000 рублей (эконом класс), «Победа» за 16000 рублей (бизнес класс) и «ЗИМ» (впоследствии «Чайка») за 40000 рублей (представительский класс). Наших семейных сбережений было достаточно для приобретения любого из перечисленных выше автомобилей, включая ЗИМ. (Семья самого Торгашева состояла из 4-х человек: отца 50 лет, начальника отдела проектного института; матери 45 лет, инженера-геолога Ленметростроя; двоих сыновей 10 и 18 лет, учащихся школы). А автомобиль «Москвич» вообще был доступен для большинства населения».
Частные легковые автомобили на улице Горького (Тверской) в Москве (1958 год)
Однако факт остаётся фактом: руководство Советского Союза после ухода Сталина из жизни отказалось от созданной им, работающей как надёжные швейцарские часы, экономической модели. Причины этого покрыты мраком (их официально никто не озвучивал), чтобы точно установить их необходимо провести целенаправленное и объёмное историческое исследование, на которое историки до сих пор не сподобились.
Такой завидный рост советская экономика имела благодаря сталинской экономической модели!
Обычно в научной и публицистической среде высказывается мнение, что отказ от сталинской экономической модели произошёл потому, что она требовала от всех очень напряжённой работы: как от народа, так и от руководящих кадров, в том числе от руководства самой страны. (В этой связи обычно вспоминают слова В.М.Молотова, входившего при Сталине в высшую когорту советских руководителей. Под конец своей долгой жизни он вспоминал: «Все [после смерти Сталина] хотели передышки, чтобы напряжённость как-то ушла»). То есть, данное мнение сводится к тому, что страна устала вкалывать в поте лица своего; мол, все стали мечтать о спокойной и размеренной жизни, для которой сталинская экономика совершенно не подходила. Однако сие вызывает у меня обоснованный скепсис.
Вячеслав Михайлович Молотов (годы жизни: 1890-1986)
Так, признаков того, что устал именно народ, никаких не было: он не роптал (а вот, как раз-таки в послесталинскую эпоху стал роптать!!!) и трудился, не покладая рук, с большим энтузиазмом.
Руководящая элита – да, она утомилась: сталинская экономика требовала от неё действительно очень больших организационных усилий. (Бывший сталинский нарком нефтяной промышленности Н.К.Байбаков свидетельствовал: «Возвращаясь из Кремля, я вспоминал заседания у Сталина, где мне, как наркому, приходилось бывать. Там остро ставились вопросы, члены Политбюро высказывали своё мнение, назывались сроки, ответственные за исполнение. И мы знали, что если есть указания Сталина, для нас оно – закон. Хоть лопни, но всё выполни»). Но дело в том, что следующий этап развития советской экономики не стал для этой элиты спокойным и размеренным, ей в ходе данного периода пришлось (о чём я ещё расскажу) ой как сильно подёргаться и понервничать!
Николай Константинович Байбаков (годы жизни: 1911-2008)
На мой взгляд, причина, по которой произошёл отказ от сталинской экономической модели, заключается в другом. Сталин по политическому и государственному таланту являлся воистину великой личностью! Формально не имея даже среднего образования, он путём самообразования (по сути, Иосиф Виссарионович был самой настоящей книгочитающей машиной!!!) смог превратить себя в интеллектуала высочайшего уровня! При этом Сталин как политический и государственный деятель добился (в том числе благодаря своему интеллекту) колоссальных положительных достижений, признанных как внутри страны, так и во всём мире.
Сталин умер… Советский народ прощается со своим вождём!
А вот ему на смену во власти пришли люди по своим способностям, увы, и близко не стоявшие рядом с ним (и уж точно не склонные к корпению над книгами и напряжённому интеллектуальному самосовершенствованию!!!). Осознание данного факта вызывало в их душах, естественно, весьма неприятные чувства (им, само собой, хотелось от них избавиться). Более того, оно настораживало их, ибо им было также понятно, что для поднятия собственного политического авторитета в глазах советского народа требуется на практике доказать, что они ничуть не глупее и даже умнее Сталина. Поэтому ими и была в пику делу Сталина предпринята попытка создания новой, как они надеялись, более совершенной экономической модели. К рассказу о ней я теперь и приступаю.
Похороны Сталина (Москва, 9 марта 1953 года)
Итак, советская экономика её четвёртого этапа (1953-1964 гг)…
Данный этап я назвал хрущёвской экономикой. Но сие название носит условный характер. Дело в том, что в начале этого этапа (то есть сразу после кончины Сталина) власть в Советском Союзе фактически оказалась в руках сразу трёх лиц (возникло так называемое коллективное руководство страной): Н.С.Хрущёва (партийного лидера), Г.М.Маленкова (главы союзного правительства), Л.П.Берии (союзного министра внутренних дел), в связи чем на первых порах вопросы советской экономики решались ими коллегиально. Однако уже 26 июня 1953 года Берия был арестован, а затем (23 декабря того же года) — казнён. 8 февраля 1953 года Маленкова сняли с поста председателя Совета министров СССР. И вот только тогда советская экономика стала полем деятельности исключительно Хрущёва (все остальные партийные и государственные деятели, занимаясь ей, лишь плясали под его дудку).
Никита Сергеевич Хрущёв (годы жизни: 1894-1971)
Замечу: сталинскую экономическую модель отменили не одним махом! Она упразднялась постепенно, по чуть-чуть. Однако начался данный процесс практически сразу после похорон Сталина.
Так, Берия в течение 83 дней (всего-то!!!) своего участия в коллегиальном руководстве страной, добился, чтобы было остановлено, как неоправданно дорогое, ранее курируемое им строительство целой плеяды амбициозных и стратегически значимых объектов, включенных при Сталине в пятилетние планы экономического развития СССР: судоходного канала река Волга — река Урал (протяженностью 600 км !!!); судоходного речного Волго-Балтийского водного пути (протяжённостью 1100 км !!!); судоходного Главного Туркменского канала из реки Амударьи в Каспийское море (протяженностью 1200 км !!!); гидроузлов на реке Нижний Дон; Усть-Донецкого порта на реке Дон; химического завода в г.Кирове; завода искусственного жидкого топлива в г.Черногорске Хакасии; завода искусственного жидкого топлива в Кемеровской области; верфи металлического судостроения на реке Лене в селе Осетрово Иркутской области; железной дороги Красноярск — Енисейск в Сибири; железной дороги Комсомольск — бухта Ольга на Дальнем Востоке; железной дороги Петропавловск-Камчатский — Усть-Большерецк на Камчатке; железной дороги Апатиты – река Поной на Кольском полуострове; железных дорог Архангельск — порт Мезень, Салехард — Игарка в приполярных и заполярных районах РСФСР; автомобильного и железнодорожного тоннельного перехода под Татарским проливом на остров Сахалин; автомобильной дороги Усть-Большерецк — Озерновский рыбокомбинат на Камчатке; нескольких автомобильных дорог на Кольском полуострове; нескольких автомобильных дорог в Архангельской области; нескольких автомобильных дорог на побережье Балтийского моря; судоремонтных мастерских, порта и посёлка на реке Игарка в Красноярском крае (увы, спустя многие годы возобновили строительство лишь некоторых из данных объектов — например, Волго-Балтийского водного пути).
Проекты канала Волга-Урал и Главного Туркменского канала — советская экономика могла их осилить!
Он же настоял на том, чтобы в марте 1953 года МВД СССР вообще освободили от обязанности участвовать в решении народно-хозяйственных задач. Вследствие этого более 20 подразделений МВД, занимавшихся производственной деятельностью, передали в состав других министерств и ведомств. Заключённые в исправительно-трудовых лагерях продолжали работать, но уже только на второстепенных участках экономического фронта (теперь они стали шить рукавицы в пошивочных мастерских, строгать доски на лесопилках, заниматься прочими тому подобными мелочами).
Лаврентий Павлович Берия (годы жизни: 1899-1953)
Отказ от реализации некоторых важнейших экономических мегапроектов Сталина произошел также с подачи Маленкова и Хрущёва.
Так, была моментально забыта озвученная в апреле 1952 года на Московском международном совещании идея создания зоны бездолларовой торговли, предусматривавшей построение системы мирового хозяйства, основанной на экономическом равноправии входивших в неё стран (позже Хрущёв одобрил другую идею: осуществления советской внешней торговли за доллары США, после чего СССР прочно вошёл в американскую торговую зону, поставляя свои природные ресурсы за пустые зелёные бумажки и укрепляя тем самым статус валюты своего главного геополитического противника).
Президиум Московского международного совещания (1952 год)
Был отправлен в мусорную корзину не имевший прецедентов в мировой истории план преобразования природы, в соответствии с которым началось грандиозное наступление на регулярно происходившую в СССР губительную для его сельского хозяйства засуху путём строительства искусственных водоёмов и посадки лесозащитных насаждений (Сталин полагал, что претворение данного плана в жизнь создаст условия для достижения абсолютного продовольственного самообеспечения Советского Союза!!!) — несколько тысяч уже сооружённых прудов и иных водоёмов, были заброшены, созданные в 1949—1955 годах 570 лесозащитных станций были ликвидированы по распоряжению Хрущёва.
Кроме того, Маленков попытался поменять уже устоявшиеся в СССР макроэкономические приоритеты. Если в сталинскую эпоху предпочтение отдавалось ускоренному развитию группы отраслей А, то теперь, он вознамерился, наоборот, больше развивать группу отраслей Б. Данную позицию он в своей речи на пятой сессии Верховного Совета СССР 8 августа 1953 года обосновывал так: «За последние 28 лет производство средств производства в целом выросло в нашей стране примерно в 55 раз, производство же предметов народного потребления за этот период увеличилось лишь примерно в 12 раз». В той же речи он предложил в течение двух-трёх лет резко повысить обеспеченность населения продовольственными и промышленными товарами. Сие заявление носило совершенно ошибочный и демагогический характер, поскольку причина меньшего роста производства предметов потребления крылась вовсе не в более быстром росте производства средств производства, без которого резко повысить обеспеченность советских людей продовольственными и промышленными товарами было невозможно в принципе. (Правда, сменить указанные выше приоритеты Маленков не успел. Надо отдать должное Хрущеву, он с данным посылом не согласился, подверг за него Маленкова критике и вскоре на её волне организовал его отставку с поста главы правительства).
Георгий Максимилианович Маленков (годы жизни: 1901-1988)
Если не отказываться от приоритетного развития группы отраслей «А» у Хрущёва сообразительности хватило, то вот сохранить и поддерживать промысловые артели ума ему, увы, не достало. Он посчитал их лишними в народном хозяйстве! Хрущёвское наступление на артели началось 14 апреля 1956 году. В тот день было принято совместное постановление ЦК КПСС (5 октября 1952 года ВКП(б) была переименована в Коммунистическую партию Советского Союза – КПСС) и Совета министров СССР «О реорганизации промысловой кооперации», которым был упразднён Центропромсовет — центральный союзный орган, руководивший деятельностью промысловой кооперации, и дан старт процессу огосударствления артелей (преобразования их в государственные предприятия). Аналогичным совместным постановлением от 20 июля 1960 года («О промысловой кооперации») промысловая кооперация вообще была полностью ликвидирована, активы артелей передали государственной промышленности. Ликвидация артелей привела, в частности, к исчезновению конкуренции между государственной и кооперативной промышленностью, что немедленно вылилось в рост цен на товары ширпотреба, а также в сокращении и сужении его ассортимента.
Эпатажный Хрущёв — советская экономика была заложником его решений!
Именно тогда возникло понятие «затоваривание» — заполнение магазинных складов товарами, которых никто не хотел покупать: например, вышедшей из моды или просто некрасивой обуви.
Естественно, с затовариванием надо было бороться, в связи с чем в госторговле возникла практика продажи залежавшихся товаров в «довесок» к товарам, пользующимся спросом.
В подобных случаях ситуация выглядела следующим образом… Допустим, покупатель возжелал купить себе модный плащ. Но плащ ему соглашались продать только при условии, если он ещё покупал в «довесок» и устаревшего фасона ботинки.
Деятельность кустарей-одиночки Хрущёвым запрещена не была, но они в основном работали в сфере услуг и потому в деле производства промышленной продукции какой-либо значимой роли не играли.
Сталинская экономика носила строго централизованный характер, то есть в ней отрасли народного хозяйства жёстко управлялись из единого государственного центра. Оказавшийся на вершине власти Хрущёв, видимо, считая себя великим экономистом, был одержим идеей децентрализации экономики и отказа от отраслевого управления народным хозяйством. Маленков по данному вопросу придерживался не столь радикальной позиции, но тоже признавал экономическую централизацию сталинского типа излишней. Поэтому они, получив бразды государственного правления в свои руки, сразу взялись устранять такую централизацию, объясняя сие необходимостью борьбы с бюрократизмом и развитием низовой инициативы (после отставки Маленкова данное дело Хрущёв продолжил уже в одиночку).
Хрущёв считал, что советская экономика его конёк!
Так, 7 марта 1953 года (то есть уже через день после смерти Сталина!!!) число промышленных министерств было сокращено с 25 до 11. В том же месяце в одно были слиты министерства машиностроения, приборостроения, станкостроения, автомобильной и тракторной промышленности; также были соединены в одно министерства судостроения и транспортного машиностроения. В том же году были ликвидированы отраслевые бюро Совета министров СССР.
В 1954 году по 46 министерствам упразднению подверглись 200 главков и отделов министерств, 147 трестов, 93 местных управления, 898 снабженческих организаций, 4,4 тысячи различных контор и свыше 4 тысяч ещё более мелких структурных подразделений.
Спорить с Хрущёвым было бесполезно, от этого страдала и советская экономика!
В мае 1955 года министры (союзные и республиканские) были наделены правом собственным решением (без получения на то официального согласия главы союзного или республиканского правительства) создавать и ликвидировать предприятия, перераспределять между своими предприятиями 50 процентов сверхплановой прибыли. В том же году правительства союзных республик получили право самостоятельно устанавливать планы производства и распределения продукции по предприятиям республиканского подчинения, а Госплан СССР был обязан предусматривать выдачу им сырья, топлива, материалов и оборудования в соответствии с республиканскими планами. Союзный центр отныне мог планировать только задания, лимиты, капитальные работы по союзной республике в целом, их конкретизацией республика занималась уже самостоятельно. Республиканские доходы и расходы планировались в общегосударственном союзном плане одной цифрой, её разбивку республики тоже осуществляли сами.
В августе 1955 года были расширены права директоров предприятий. Теперь они самостоятельно утверждали техпромфинплан, в пределах квартала могли менять планы и техпроцесс производства, принимать сторонние заказы, устанавливать цены на продукцию, на которую не имелось утверждённых цен (в размере не превышающем 5 процентов себестоимости этой продукции), утверждать планы капитального строительства в пределах спущенных сверху лимитов, продавать неиспользуемые материальные ценности при отказе министерства от их перераспределения, передавать свои фонды и материалы подрядчикам и т.д.
Советская экономика сотрясалась от несдержанности Хрущёва!
В сентябре 1955 года было повышена роль мастеров на предприятии. Теперь мастера получили право нанимать и увольнять рабочих, премировать и штрафовать их, определять их оклад и устанавливать нормы выработки.
При всём этом Президиум ЦК КПСС ещё 25 января 1954 года, издав соответствующее постановление, настоятельно потребовал от партийных и государственных органов прекратить практику обращения по каждому хозяйственному вопросу в вышестоящие инстанции, а, наоборот, шире использовать свои права при их решении, беря всю ответственность на себя.
Таким образом, 1953-1955 годах произошла глобальная передача полномочий сверху вниз по всей цепочке руководства народным хозяйством: к министрам, республикам, директорам предприятий и мастерам. Последовательно реализовывалась идея, что вышестоящий уровень управления доводит до нижестоящего только общие требования, а нижестоящий уровень сам «развёрстывает» их по подведомственным организациям и изыскивает способы реализации.
Советская экономика попала под ливень экономических идей Хрущёва!
Однако тенденция к децентрализации управления экономикой продолжилась далее. В феврале 1956 года на ХХ съезде КПСС был закреплён курс на повышение роли союзных республик в управлении народным хозяйством. В марте того же года было ликвидировано 14 общесоюзных министерств. В мае того же года предприятия 11 союзных министерств передавались в республиканское подчинение, союзные министерства автомобильного транспорта и речного флота ликвидировались, министерства лёгкой и текстильной промышленности сливались в одно.
В итоге, если в 1953 году на предприятиях союзного подчинения производилось 69 процентов промышленной продукции и только 31 процент на предприятиях республиканского, областного и районного подчинения, то в начале 1957 года на предприятиях республиканского и местного значения было произведено уже 55 процентов всей промышленной продукции страны.
Однако децентрализация управления экономикой ни к чему хорошему не привела. Если при централизованной сталинской экономике пятилетние планы в основном выполнялись и перевыполнялись, то при децентрализованной хрущёвской экономике уже к 1956 году стало понятно, что планы шестой пятилетки, рассчитанные на 1956-1960 годы, не будут выполнены практически по всем позициям.
Под напором Хрущёва советская экономика вынуждена была принимать его экономические идеи!
Но «мудрый» Хрущёв посчитал, что выполнение планов шестой пятилетки срывается вовсе не из-за децентрализованного управления экономикой, а, наоборот, из-за того, что это управление было слишком слабо децентрализовано! Поэтому он предпринял попытку децентрализовать её ещё сильнее посредством так называемой совнархозной реформы. Данная реформа была проведена следующим образом…
27 января 1957 года Хрущёв подал в Президиум ЦК КПСС записку «Некоторые соображения об улучшении организации руководства промышленностью и строительством», в которой изложил свои идеи об изменении всего подхода к управлению экономикой. Отраслевое управление он предлагал окончательно заменить территориальным. Главной проблемой отраслевого управления Хрущёв называл ведомственность, негосударственный подход к решению хозяйственных задач, что, в частности, выражалось в сокрытии министерствами резервов и их стремлении выбивать себе дополнительное обеспечение для реализации планов (странный довод: сам дал больше самостоятельности министерствам, а теперь фактически начал на неё пенять). Решение данной проблемы ему виделось в разделении страны на экономические районы и создании в каждом районе хозяйственного органа (впоследствии их назовут советами народного хозяйства – совнархозами), который бы отвечал за комплексное развитие территории района. Уже через две недели изложенные в записке идеи Хрущёва были одобрены февральским пленумом ЦК КПСС и совнархозная реформа стартовала.
В ходе её реализации было ликвидировано 141 союзное и республиканское министерство (из хозяйственных министерств реформы избежали лишь министерства среднего машиностроения, электростанций, связи, путей сообщения, транспортного строительства), отраслевое управление было сохранено только в отношении предприятий военно-промышленного комплекса. Страну поделили на 105 экономических районов, в каждом из которых был образован свой совнархоз. Почти всё планирование перекладывалось на госпланы союзных республик, которые должны были его производить с учётом плановых проектов, представляемых им совнархозами. При этом совнархозы получали право, исходя из экономической целесообразности, перераспределять поступаемые к ним государственные капиталовложения.
Все 105 экономических районов на карте СССР!
Очень скоро выяснилось, что совнархозная реформа не только не улучшила положение в экономике, а, напротив, ухудшила его. (Чтобы скрыть сей факт хитрый Хрущёв проделал ловкий политический трюк: в 1958 году он фактически свернул шестую пятилетку, и в начале следующего года на ХХI съезде КПСС протолкнул идею семилетки, охватывающей период с 1959-го по 1965-й год. Это позволило ему не отчитываться за провальные результаты выполнения планов шестой пятилетки).
Чем же навредила совнархозная реформа советской экономике? Да тем, что она вызвала дезорганизацию хозяйственной деятельности в стране: между экономическими районами возникала масса хозяйственных несостыковок, расшатались нормальные экономические связи, расстроились единые для всей страны технологические процессы. Неслучайно в июле 1959 года председатель Совета министров РСФСР Д.С.Полянский направил Хрущёву записку, в которой жаловался, что ни республиканское правительство, ни республиканский госплан не справляются с валом мелких запросов с мест, посвящённых текущей деятельности совнархозов.
Дмитрий Степанович Полянский (годы жизни: 1917-2001)
Кроме того, предоставленное совнархозам право перераспределения государственных капиталовложений привело к тому, что они стали регулярно направлять их не на промышленное развитие, а на строительство объектов социальной сферы (столовых, детских садов и т.д.) и выплату повышенных зарплат (а это приводило к инфляции).
Другим негативным последствием совнархозной реформы стало разрушение сформированного в сталинскую эпоху противозатратного механизма советской экономики. Оно произошло в силу того, что все без исключения совнархозы оказались сразу же охвачены духом местничества (то есть они были озабочены интересами только их экономических районов, на общегосударственные интересы им было плевать). В связи с чем совнархозы стремились к тому, чтобы продукция, выпускаемая на предприятиях их экономических районов, была как можно дороже (кстати, именно тогда заглохло движение рационализаторов, ведь оно было направлено не на повышение себестоимости выпускаемой продукции, а именно на её снижение). Поэтому тихим сапом давно освоенная предприятиями продукция перестала дешеветь, а цены на новые виды продукции совнархозами назначались необоснованно высокие (что тоже приводило к инфляции).
Первомайская демонстрация времён совнархозной реформы
Хрущёв, поняв, что процесс пошёл не туда куда следует, начал пытаться совместить несовместимое: оставить децентрализацию и усилить централизацию экономики. Для этого в апреле 1961 года наряду с экономическими районами, каждым из которых управлял свой совнархоз, были созданы 17 крупных экономических районов, каждый из которых объединял несколько обычных экономических районов. В крупных экономических районах создавались советы по координации и планированию работы совнархозов. При этом данные советы не имели административной власти и не могли давать совнархозам обязательные к исполнению указания. Предполагалось, что они будут играть роль площадок, на которых будут согласовываться интересы различных совнархозов. Совершенно неудивительно, что ввиду безвластия данных советов навести порядок в советской экономике, они не смогли.
Осознав это, Хрущёв решил ещё добавить экономике централизации. Для этого в ноябре 1962 года были созданы Совнархоз СССР (в отличие от Госплана СССР, занимавшегося перспективным планированием экономики всей страны, он занимался текущим планированием её экономики) и совнархозы союзных республик (в отличие от госпланов союзных республик, занимавшихся перспективным планированием экономик союзных республик, они занимались текущим планированием их экономик). В декабре того же года прежние 105 экономических районов были превращены в 47 экономических районов (соответственно, настолько уже уменьшилось количество совнархозов). 14 марта 1963 года указом Президиума Верховного Совета СССР был образован Высший совет народного хозяйства СССР (ВСНХ СССР) — «высший государственный орган по руководству промышленностью и строительством в стране». ВСНХ СССР с одной стороны сделали подотчётным Совету министров СССР, а с другой стороны предоставили ему право издавать постановления и распоряжения, обязательные для исполнения всеми нижестоящими государственными органами (в том числе и совнархозами).
В этом московском здании в 1963 году был размещён ВСНХ СССР
В итоге система управления экономикой приобрела громоздкий, сложный, запутанный и неповоротливый вид (в сравнении с ней сталинская система – вершина простоты и изящества). Теперь её вертикаль выглядела так: Совет министров СССР – Госплан СССР — ВСНХ СССР – Совнархоз СССР — Совет министров союзной республики – Госплан союзной республики — Совнархоз союзной республики — Совнархоз экономического района – объединение предприятий экономического района – предприятие экономического района. В такой системе успешно работать и осуществлять разумное экономическое планирование было крайне тяжело (сие, по всей видимости, и стало причиной того, что никакого положительного эффекта она так и не дала). При этом Хрущёв требовал от руководящих кадров, работающих в данной системе, результатов, которые он мог бы предъявить советскому обществу в качестве достижений своей экономической политики. При отсутствии же их он в силу своего властного, грубого и несдержанного характера ругался, угрожал, снимал с должностей. Всё закончилось тем, что вконец измученная им руководящая элита сорганизовалась и 14 октября 1964 года сама отправила его в отставку со всех занимаемых им постов.
Хрущёв достал всех в своём окружении и советская экономика это скоро почувствовала!
Но, уважаемые читатели, мой рассказ о данном (хрущёвском) этапе развития советской экономики ещё не завершён…
Маленков и Хрущёв, решив поднять популярность своих персон среди колхозников, в 1953 году очень значительно повысили заготовительные цены на сельхозпродукцию, сдаваемую колхозами государству в порядке обязательных поставок: на скот и птицу примерно в 5,5 раз, на молоко и мясо – в 2 раза, на картофель – 2,5 раза, на иные овощи – на 24-40%. Традиционно продажа государству колхозами сельхозпродукции сверх обязательных поставок шла не по заготовительным, а по более высоким закупочным ценам. Маленков и Хрущёв в 1953 году не менее серьёзно повысили и эти цены: по зерну в 12-15 раз, по подсолнечнику – в 14-15 раз, по основным видам мясомолочной продукции, картофелю и иным овощам – в 9-10 раз.
Колхозником такая щедрость со стороны нового советского руководства, конечно, понравилась (они говорили: «Пришёл Маленков, поели блинков!»). Но оказанная им государственная помощь обернулась ударом по пищевой промышленности, ведь себестоимость производимых ею колбас, сыров, хлеба и прочих продовольственных товаров сразу нешуточно возросла. Встал вопрос: повышать ли розничные цены в магазинах? Маленков и Хрущёв решили (чтобы не разочаровать уже горожан): розничные цены не повышать. В результате, в 1955 году, к примеру, сливочное масло в магазинах было в два раза дешевле, чем молоко, из которого оно делалось, хлеб был дешевле зерна, из которого он пёкся (поэтому люди, имевшие в личных подсобных хозяйствах свиней или кур, стали на их прокорм покупать не зерно, а хлеб!!!). То есть в сельском хозяйстве стала формироваться экономика абсурда. Но экономика не терпит абсурда! Поэтому убытки пищевой промышленности пришлось покрывать дотациями из государственного бюджета. Но бюджет был не резиновый, его датирующие возможности были ограниченными, что мешало как росту производства в пищевой промышленности, так и росту производительности в сельском хозяйстве
Маленков был склонен к популизму и советская экономика от этого неслабо претерпела!
В сталинской экономической модели основу сельского хозяйства страны составляли колхозы. Вскоре после того, как Хрущёв пришёл к власти, выяснилось, что с этим принципом сталинской экономики он категорически не согласен. Ему виделось, что отечественному сельскому хозяйству гораздо более полезны совхозы (то есть государственные сельхозпредприятия). Данную идею он протолкнул уже в 1953 году на сентябрьском Пленуме ЦК КПСС (Маленков возражать не стал), после чего государство стало активно организовывать совхозы на пустующих местах (ну это ещё можно понять и признать разумным), а на обжитых — начало повально превращать в совхозы колхозы. Так, с 1954 по 1956 годы в совхозы было переведено 1430 колхозов, а с 1957 по 1961 годы аж 17011 колхозов, причём реорганизации подвергались как экономически слабые, так и сильные колхозы! Увы, сия кампания на пользу сельскому хозяйству не пошла, ибо не привела к росту производительности труда в данной сфере. Более того, когда в конце 1959 года была проведена проверка финансово-хозяйственной деятельности свыше 100 совхозов (бывших колхозов), обнаружилось, что 75% из них вообще являются убыточными. Таким образом, вновь образованные совхозы стали работать не только не лучше, а даже хуже, в сравнении с тем временем, когда они функционировали в виде колхозов. Причина этого, по всей видимости, кроется в том, что работники совхозов, в отличие от колхозников, имели гарантированную заработную плату, которая не стимулировала их работать ударно (тем более уравниловка в оплате труда коснулась и их).
Хрущёв своей неразумной экономической политикой умудрился нанести вред и оставшимся колхозам.
Так, в 1958 году он ликвидировал созданные и успешно работающие ещё при Сталине машинно-тракторные станции (МТС являлись государственными сельхозпредприятиями, они обслуживали и эксплуатировали грузовые автомобили, трактора, комбайны, предоставляли их за плату колхозам), передав всю их технику колхозам, но не безвозмездно, а за выкуп. Такая принудительная покупка подкосила финансовые силы колхозов. К тому же, многие из них имели проблемы с местами хранения данной техники, испытывали трудности в поиске работников, способных работать на ней и ремонтировать её. В итоге сельхозтехника стала часто простаивать и выходить из строя, что росту производительности труда колхозников, ясное дело, не способствовало.
Хрущёв уничтожил МТС и советская экономика опять получила от него удар !
Задумав воплотить в жизнь свою давнюю идею о создании агрогородов (при Сталине она подвергалась критике), Хрущёв, начиная с 1957 года, взялся за укрупнение колхозов (то есть за объединение разных колхозов в один колхоз). Такие укрупнения производились ещё при Сталине и имели свои плюсы. Однако Хрущёв при проведении своей аналогичной кампании явно перегнул палку. При нём из многочисленных колхозов государство стало формировать гигантские колхозы, включавшие в себя сразу по нескольку десятков деревень и сёл, порой находившихся между собой на расстоянии сотен километров (и это при тех-то средствах связи!!!). Такие колхозы-монстры становились трудноуправляемыми, что также не содействовало росту их экономической эффективности. Впоследствии (уже после отставки Хрущёва) их пришлось разукрупнять.
Что касается агрогородов, то они созданы так и не были. Хрущёв рекламировал их колхозникам так: «Подумайте о том, не стоит ли перейти к строительству многоэтажных домов, но не выше пяти этажей… В больших домах вы будете жить не хуже, а лучше [нежели в своих личных домах-усадьбах]. Во-первых, исчезнут заботы крестьянина о топливе, о воде, и о многом другом. В большом доме будет водопровод, центральное отопление. Во-вторых, меньше потребуется расходов на топливо, на строительство тротуаров, дорог, на канализацию, водопровод. Настало время и вам обзавестись всеми удобствами, в которых нуждается человек… Я [конечно] никого [из вас] не хочу [силой] загонять [в эти дома]». Но тут же он безапелляционно отмечал, что в будущем «именно в таком направлении станут развиваться наши села». Некоторое количество многоквартиных городских домов в сельской местности ударными темпами было действительно построено. Однако большинству колхозников принудительное переселение в новостройки пришлось не по нраву: исчезал привычный для них уклад жизни, сильно затруднялась или даже полностью терялась их связь со своими земельными наделами и хозяйственными помещениями. Всё это вело к социальной деградации колхозного крестьянства, что было понятно всем, кроме упрямого Хрущёва. В итоге после ухода последнего в отставку канула в лету и идея создания агрогородов.
План 1944 года… Советская экономика улучшилась бы, если бы Хрущёв строил колхозникам именно такие дома!
Сознанием Хрущёва овладела и другая сумасбродная идея: административное принуждение колхозов и совхозов к специализации. Ранее те и другие в своей производственной деятельности всегда стремились к рациональному сочетанию сельскохозяйственных отраслей (то есть не замыкаться, скажем на одном свиноводстве, а заниматься ещё и птицеводством, выращивать не только зерновые культуры, но и овощи с фруктами, ну и т.д.). Такая многолетняя практика оправдала себя, позволяла эффективно использовать трудовые и материальные ресурсы, добиваться устойчивой рентабельности сельскохозяйственного производства в целом, улучшать продовольственную обеспеченность населения на местном уровне. И эту практику Хрущёв перечеркнул! В результате внедряемой им специализации тысячи деревень и сёл остались без собственного производства мяса, или молока, или яиц, или фруктов, или овощей — этими продуктами их (да и близлежащие города тоже!!!) пришлось обеспечивать за счёт ввоза извне (то есть из соседних, а то и дальних областей!!!). В итоге в магазинах страны стало исчезать продовольствие (причём часто продукты на самом деле были, но в других областях и регионах, их просто оттуда не успевали, не могли или не хотели привозить к соседям!!!) , а колхозам и совхозам для успешного ведения специализированного производства стало банально не хватать рабочих рук и многие из них перешли в категорию убыточных.
Карикатура из журнала «Крокодил» (№ 3 за 1962 год) на неблагополучный колхоз
По собственному недоумию Хрущёв стал сильно урезать площади личных приусадебных участков колхозного крестьянства (их более меньшие, чем ранее, размеры были предусмотрены введённой в 1956 году в действие новой редакцией «Примерного устава сельскохозяйственной артели»), что, в свою очередь, привело к снижению поставляемой колхозниками сельхозпродукции на колхозные рынки (а значит, и к скукоживанию общего объёма продовольствия в стране!!!) и, соответственно, к существенному росту цен на неё. Более того, сами колхозники начали покупать себе продовольствие (раньше всегда производили его себе сами). За ним они, разумеется, ходили не на колхозный рынок, а в государственные магазины — там оно было дешевле!
Вследствие возросшего спроса на продовольствие по твёрдым государственным ценам, появившихся сложностей в пищевой промышленности и сельском хозяйстве (по причинам указанным выше, а также по причине, о которой я расскажу чуть ниже) в госторговле возник продовольственный дефицит (к примеру, за хлебом стали выстраиваться длинные очереди!!!).
Карикатура из журнала «Крокодил» (№ 31 за 1959 год) на продовольственный дефицит
Сия проблема заставила Хрущёва (в 1958 году он, по-прежнему возглавляя партию, занял ещё и пост председателя Совета министров СССР) 1 июня 1962 года всё-таки повысить розничные цены на продукты питания. Однако советским людям это очень не понравилось (при Сталине они привыкли к тому, что цены только понижали). Одним из проявлений данного народного недовольства стали случившиеся в том же месяце массовые беспорядки в Новочеркасске, которые государству пришлось усмирять с помощью военной силы.
Народный протест в Новочеркасске (1962 год)
От многих сталинских экономических мегапроектов Хрущёв отказался, но зато осенью 1953 года выдвинул свой мегапроект: ввести в земледельческий оборот обширные целинные земли (главным образом в Казахской СССР). Не все из руководства СССР поддержали данную идею (против даже робко выступил Маленков – он считал более целесообразным направить государственные ресурсы на развитие старопахотных земель). Но Хрущёв настоял на своём и в 1954 году началась многолетняя целинная эпопея. (Как впоследствии вспоминал Ж.Ш.Шаяхметов, бывший в те годы вторым секретарём ЦК компартии Казахстана: «Была дискуссия: развивать сельское хозяйство интенсивным или экстенсивным путём. Доводы за интенсификацию были значительно убедительнее, однако руководство страны Советов в лице Н.С.Хрущёва предпочло экстенсивный путь развития сельского хозяйства»).
Жумабай Шаяхметович Шаяхметов (годы жизни: 1902-1966)
Освоение целины для всех, кто в нём был задействован (около трёх миллионов человек!!!), стало крайне сложным и тяжёлым делом (что неудивительно, ведь дорог, ремонтных баз для техники, зернохранилищ, жилья и даже порой воды в тех районах не имелось).
Л.И.Брежнев, будучи тогда первым секретарём ЦК компартии Казахстана, позже рассказывал: «Снова вспоминаешь войну: люди там находились на пределе человеческих возможностей — недосыпали, недоедали, мокли в окопах, сутками лежали на снегу, бросались в ледяную воду — и почти не болели простудами и прочими «мирными» болезнями. Что-то подобное наблюдалось и на целине». (То есть целинная эпопея проходила ничуть не легче сталинской индустриализации – это я всё к тому, что ни у советского народа, ни у руководящей элиты, в хрущёвскую эпоху с отдыхом явно не заладилось).
Леонид Брежнев на целине
Несмотря на все трудности, в 1954-1961 годы было распахано 42 млн гектаров земли (больше территории средней европейской страны!!!), создано 425 зерновых совхозов, израсходовано 20% всех финансовых средств, выделенных государством на развитие сельского хозяйства страны. И это, действительно, дало положительный экономический эффект, но лишь на короткое время!
Да, вначале целинные урожаи весьма впечатляли: в первый же год целина принесла стране 27,1 млн тонн зерна, во второй – почти 59 млн тонн, в следующие несколько лет – тоже порядка 50-60 млн тонн (от возникшего зернового изобилия в общественных столовых какое-то время хлеб даже предоставлялся бесплатно!!!). Но затем случилось то, что должно было случиться: последовало подряд несколько засушливых лет, разгулялись суховеи и гигантские пылевые бури (их было видно даже из космоса!!!), уносившие прочь тонкий плодородный слой. Почвы беднели, страдали от эрозии, урожаи падали и в итоге целинные сельхозпредприятия в большинстве своём стали убыточными, требовали постоянных дотаций и повисли тяжёлой гирей на государственном бюджете.
Таким образом, авантюрный экономический мегапроект Хрущёва потерпел крах менее чем через десять лет! (Единственный участок, где он действительно сработал нормально: «зерновой клин» между реками Ишимом и Тоболом, отошедший в 1991 году после распада Советского Союза независимому Казахстану. Урожаи там сейчас, конечно, не такие, как в 1955–м, но казахстанцам хватает и для себя, и на экспорт). При этом традиционные земледельческие регионы страны, обделённые из-за целины в финансовой поддержке, и пострадавшие от упомянутых выше сельскохозяйственных реорганизаций Хрущёва, тоже оказались далеко не в лучшем состоянии.
В итоге разразился сильнейший зерновой кризис (дело дошло до того, что в продаваемый в магазинах хлеб стали добавлять горох, кукурузу, другие растительные культуры!!!) и в 1963 году Советский Союз впервые за свою историю вынужден был закупить 12 млн тонн зерна за рубежом (основную его часть поставила Канада), на что ему пришлось потратить почти все имеющиеся у него валютные резервы и значительную часть своего золотого запаса. В дальнейшем импорт зерна в СССР (а затем уже и в РФ) пусть и в значительно меньших объёмах, но продолжался вплоть до конца ХХ века.
Хрущёв во время визита в США (1959 год)
22 мая 1957 года Хрущёв в своей речи на зональном совещании работников сельского хозяйства заявил, что Советский Союз за три года догонит и перегонит США по производству молока и мяса на душу населения. После столь бравурного заявления у советских животноводов наступили трудные времена. Хрущёв требовал от них во чтобы то ни стало повышенных поставок государству мяса и молока, к чему животноводство оказалось совершенно не готово. Пытаясь уберечься от крутого нрава Хрущёва, в колхозах и совхозах начали усиленно забивать скот, что на какое время давало требуемый прирост мяса. Но к началу 1960 году совершенно предсказуемо наступил резкий спад в производстве и мяса, и, соответственно, молока (на убой было отправлено так много крупного рогатого скота, что в 1960 году его поголовье сократилось на 65 процентов в сравнении с 1958 годом).
Однако Хрущёву на фоне всех своих экономических неудач очень хотелось нравиться советскому народу, чего невозможно было добиться без улучшения уровня его материального благосостояния. В сталинской экономической модели (я, разумеется, имею в виду мирное время) удавалось повышать данный уровень тремя путями: жёстким сдерживанием инфляции, постепенным ростом доходов граждан (в промышленности и сельском хозяйстве за счёт улучшения производительности труда), периодическим снижением розничных цен в госторговле как на продовольственные, так и на промышленные товары. В комплексе они давали очень хороший результат.
1 апреля 1953 года… Продажа продтоваров после снижения розничных цен на них
Первые два из этих путей у Хрущёва при всех его потугах не задались. Но это его не остановило от попытки пойти по третьему пути. При нём рост зарплат стал опережать рост производительности труда (примерно, на 3 процента). Другими словами, рабочие и служащие начали получать зарплату, которую они фактически не заработали!
1 апреля 1953 года… Продажа промтоваров после снижения розничных цен на них
Сие произошло вследствие того, что уменьшился разрыв между ставками оплаты труда по квалификационным разрядам рабочих (например, если в 1946 – то есть при Сталине – в машиностроении соотношение ставок между первым и восьмыми разрядами составлял 1 к 3,6, то в 1954 году – то есть при Хрущёве и Маленкове — уже всего лишь 1 к 2), с 1956 года стал вводиться 7-часовой рабочий день и в том же году были повышены минимальные ставки оплаты труда, с 1957 года зарплата низкооплачиваемых работников (именно их!!!) в централизованном порядке была повышена в среднем на 35 процентов, в том же году было отменено взимание подоходного налога и налога на бездетность, в 1958 году прекратилась практика добровольно-принудительного размещения государственных займов среди населения, в ходе указанной выше децентрализации управления экономикой директорам предприятий была фактически дарована возможность выдавать своим работникам не всегда заслуженные премии.
Если обратиться к конкретным цифрам, то видно, что с 1956 года по 1966-й минимальная заработная плата выросла в 1,8 раза, а средняя — примерно в 1,3 раза. В тот же период средняя заработная плата у малооплачиваемых работников (составляли 25% от численности всех работников) возросла на 82%, у среднеоплачиваемых (их доля среди работающих – 50%) — на 52%, у высокооплачиваемых (их было, соответственно, 25%) — на 35%.
Хрущёв во время визита во Францию (1960 год)
К чему это привело?
Во-первых, продолжилась раскручиваться инфляционная спираль, что при твёрдых ценах в розничной госторговле ещё более обострило проблему дефицита наиболее востребованных и популярных у советских людей товаров.
Во-вторых, вновь возродился полностью изжитый в сталинской экономической модели порочный принцип «уравниловки», в соответствии с которым зарплаты менее квалифицированных работников были приблизительно такими же, как и у более квалифицированных их коллег, что, конечно, исключительно негативно влияло на рост производительности труда.
Однако материальное благосостояние людей не сводится только к размерам их зарплат и уровню цен на предоставляемые им товары и услуги. Материальное благосостояние людей невозможно отделить от жилищных условий их проживания. Скажем, нельзя признать хорошим материальное положение конкретного человека, если он, даже имея неплохую зарплату, по каким-то причинам вынужден проживать в землянке.
Хрущёв во время визита в Бирму (1955 год)
Надо признать, что к середине 1950-х годов жилищный вопрос в СССР был весьма актуален: беспрерывно шёл процесс урбанизации, то есть переезд населения из деревень и сёл на постоянное место жительство в города, в связи с чем потребность в городском жилье из года в год только возрастала. Да, жилищное строительство при Сталине велось, но темпы его были далеки от тех, которые могли бы решить указанный выше вопрос быстро. Поэтому очень много людей в городах проживало в коммуналках, общежитиях (порой барачного типа), а кое-кому приходилось ютиться в подвалах и даже землянках!
Хрущёв, будучи осведомлён обо всём этом, развернул в 1956 году кампанию по массовому жилищному строительству. Тем самым он убивал сразу нескольких зайцев: повышал материальное благосостояние советских граждан и свою популярность в их глазах, ну и заодно развивал экономику страны, ведь жилищное строительство, как известно, является локомотивом, толкающим вперёд целый ряд отраслей народного хозяйства.
Хрущёв во время визита в Индонезию (1960 год). Прикуривает, хотя всю жизнь был некурящим!
Вообще, основы бесплатного (!!!) массового жилищного строительства для населения Советского Союза заложил Сталин. Но последний исходил из того, что строящийся для людей жилой фонд должен быть комфортным.
Гостиная в трёхкомнатной квартире дома сталинской архитектуры
При нём характеристики квартир даже по меркам сегодняшнего дня были солидными: обязательно раздельные санузлы, высота потолка не менее 3 метров, минимальная площадь однокомнатной квартиры 40 квадратных метров, двухкомнатной — не менее 70 квадратных метров, трёхкомнатной – около 100 квадратных метров.
Кухня в однокомнатной квартире дома сталинской архитектуры
Кроме того, Сталин считал, что возводимые жилые дома должны быть архитектурно красивыми, радующими глаз прохожих и самих жильцов. Но такое строительство требовало больших государственных капиталовложений, а финансовые ресурсы у государства, как всегда, были ограниченными.
Жилой дом сталинской архитектуры в Горьком (1938 год)
Смекалистый Хрущёв для решения жилищного вопроса нашёл более целесообразным другой подход: лучше хуже, но больше. Поразмыслив, он понял: если существенно снизить кубатуру строящихся квартир, свести к минимуму внешнее украшательство возводимых жилых домов и их техническую оснащённость, то даже при прежних капиталовложениях удастся обеспечить новеньким жильём гораздо большее число людей, нежели ранее.
Жилые дома хрущёвской архитектуры
Ну а если к сему применить современные технологии (блочное и панельное домостроение), да ещё и прибавить государственных капиталовложений – результат будет просто потрясающим!
Блочное жилищное строительство при Хрущёве. Такие дома строили за 2-3 месяца!
И Хрущёв в этот раз не ошибся! Да, построенные в ходе развёрнутой им кампании жилые дома внешне имели скромный вид: представляли из себя типовые коробки; лепнины, скульптуры, характерные для сталинской архитектуры, на них, естественно, никто и никогда не видывал. В таких домах (народ прозвал их «хрущёвками») отсутствовали лифт (неслучайно их, как правило, делали пятиэтажными – до пятого этажа здоровому человеку по силам подняться и без лифта), мусоропровод, а часто и балконы (в зависимости от типового проекта — их было несколько).
Это тоже «хрущёвки» (проект без балконов)
Квартиры в «хрущёвках» были небольшой площади (она не превышала 55 квадратных метров даже у трёхкомнатных квартир), со смежными комнатами, совмещённым санузлом, малюсенькими коридором и кухней.
Гостиная в «хрущёвке» (другие комнаты в таких квартирах были ещё меньше)
Но зато с 1956 года по 1964-й ежегодно сдавалось под ключ примерно в два раза больше жилья, чем в период с 1951 года по 1955-й! Это позволило предоставить (ещё раз обращаю ваше внимание, уважаемые читатели: бесплатно!!!) отдельные благоустроенные квартиры около 54 миллионам советских людей.
Кухня в «хрущёвке» (они были мизерными независимо от количества комнат в квартире)
(В 1964 году численность населения в СССР составляла 264 млн человек. То есть за каких-то восемь лет квартиры получила приблизительно пятая часть населения всей страны. Круто!!! При сталинском жилищном строительстве с его красивыми домами и просторными квартирами, даже с учётом применения новых строительных технологий и выделения равного объёма государственных капиталовложений, для обеспечения жильём такого же количества людей потребовалось бы гораздо более долгое время: по моим прикидкам, не менее 13 лет).
Множество быстро построенных «хрущёвок» в Советской Армении
Таким образом, можно сделать вывод, что в целом, несмотря на все свои минусы, хрущёвское жилищное строительство оказалось вполне успешным. (Кстати, в России и других постсоветских республиках в «хрущёвках» до сих пор проживают миллионы людей!!!).
А была ли, вообще, хрущёвская экономика столь уж плоха? Тут есть над чем призадуматься…
Да, экономическая деградация при Хрущёве имела место, но только в сельском хозяйстве и лишь в части производства зерна, мяса и молока (причём наступила она уже ближе к концу его правления).
Если же обратиться к статистическим данным о количестве другой произведённой при Хрущёве продукции, то они выглядят вполне прилично.
Например, в 1955 году было добыто 390 млн тонн угля, а в 1960-м – 510 млн, в 1955 году было добыто 70,8 млн тонн нефти, а в 1960-м – 148 млн, в 1955-м году было произведено 45,3 млн тонн стали, а в 1960-м – 65,3 млн, в 1955 году было произведено 22,5 млн тонн цемента, а в 1960-м – 45,5 млн, в 1955 году было произведено 5 тысяч экскаваторов, а в 1960-м – 7 тысяч, в 1955 году было произведено 6 тысяч бульдозеров, а в 1960-м – 8 тысяч, в 1955 году было произведено 107,8 тысяч легковых автомобилей, а в 1960-м — 138,8 тысяч, в 1955 году было произведено 8 млн наручных часов, а в 1960-м – 16,3 млн, в 1955 году было произведено 152 млн пар обуви, а в 1960-м – 250 млн, в 1955 году было собрано 528 тысяч тонн сахарной свеклы, а в 1960-м – 1148,3 тысяч, в 1955 году было собрано 691,1 тысяч тонн картофеля, а в 1960-м — 1267,2 тысяч, в 1955 году было получено 788,5 млн штук яиц, а в 1960-м – 861,3 млн, ну и т.д.
То есть, получается, время хрущёвской экономики было временем экономического роста и в промышленности, и (за некоторыми исключениями) в сельском хозяйстве тоже.
Однако не всё так просто… Несмотря на кажущуюся привлекательность упомянутых выше статистических данных, именно в период 1953-1964 годов в экономике СССР появились серьёзные проблемы, которые сильно вредили ей и, увы, так никогда и не были устранены. О них в настоящей статье я уже говорил, но обозначу их ещё раз, чтобы вы, уважаемые читатели, чётче их себе представляли.
Во-первых, появилась постоянная инфляция: деньги постепенно обесценивались, а цены на товары либо поднимались, либо искусственно сдерживались (в том числе путём дотаций из государственного бюджета).
Во-вторых, на фоне инфляции и твёрдых розничных цен в магазинах появился хронический товарный дефицит (в том числе продовольственный).
В-третьих, сузилась широта ассортимента производимого для населения ширпотреба.
В-четвёртых, стали возникать серьёзные трудности с выполнением планов (то есть экономический рост был, но далеко не всегда он достигал поставленных планом высот).
В-пятых, стало наблюдаться существенное снижение роста советской экономики. Об этом тоже говорят цифры!
Советская экономика запомнила Хрущёва таким!
Так, темпы экономического роста составили за 1951-1955 годы в промышленности 85% и 20,5% в сельском хозяйстве, за 1956-1960 годы в промышленности 64,3% и 30% в сельском хозяйстве (повышение в сравнении с предыдущим периодом произошло благодаря распашки целинных земель), за 1961-1965 годы в промышленности 51% и 11% в сельском хозяйстве.
Рост национального дохода составлял в 1951-1955 годах 11,4%, в 1956-1960 годах – 9,2%, в 1961-1965 годах – 6,5%. Рост производительности труда составлял в 1951-1955 годах — 8,5%, в 1956-1960 годах – 8,5%, в 1961-1965 годах – 6,1%. Рост реальных доходов на душу населения составлял в 1951-1955 годах 7,3%, в 1956-1960 годах – 5,7%, в 1961-1965 годах – 3,6%.
При этом главной причиной возникновения перечисленных выше проблем являлось разрушение сталинской экономической модели, вместе с которой было уничтожено и сталинское экономическое чудо.
Данные проблемы советское руководство попыталось решить в ходе следующего этапа развития советской экономики. Как оно это делало и что из сего вышло я сейчас расскажу.
Таким Хрущёва запомнил советский народ!
Итак, советская экономика её четвёртого этапа (1964-1985 гг)…
В конце 1980-х годов, исходя из политических соображений, он незаслуженно и лживо был прозван застойным. Скажу сразу: на самом деле застоем даже не пахло! На протяжении всех лет данного этапа продолжался неуклонный рост экономики, причём, в отличие от предыдущего этапа, без каких-либо исключений!
Не имелось никакого застоя и в умах высших советских руководителей (даже по достижению ими преклонного возраста!!!): проблемы экономики они осознавали, ставили их на обсуждение в партийных, государственных органах и научной среде, регулярно принимали меры к их устранению (насколько удачно – другой вопрос).
Большую часть этого этапа партийным и государственным лидером страны являлся Л.И.Брежнев (с 1964 года и до своей смерти 10 ноября 1982 года), а союзное правительство возглавлял А.Н.Косыгин (с 1964 года и до своей отставки 23 октября 1980 года) – причём главным генератором экономических идей был именно Косыгин (но реализовать их он мог только при участии Брежнева!!!). После кончины Брежнева партийное и государственное лидерство подхватил и до конца своих дней нёс Ю.В.Андропов (умер 9 февраля 1984 года), а затем то же самое проделал К.У.Черненко (умер 10 марта 1985 года). После отставки Косыгина союзное правительство до 27 сентября 1985 года возглавлял Н.А.Тихонов.
Леонид Ильич Брежнев (годы жизни: 1906-1982)
Что после отстранения от власти Хрущёва в первую очередь предприняло советское руководство? Учтя негативное влияние совнархозной реформы на экономику, оно в 1965 году ликвидировало все совнархозы и восстановило прежнее отраслевое (то бишь централизованное) управление экономикой. То есть произошло возрождение одного из важнейших элементов сталинской экономической модели. Далее было бы логичным восстановить всю эту модель. Однако восстанавливать её советские руководители не захотели. Почему? Причина мне видится в том, что как раз именно теперь руководящая элита действительно предпочла поработать в спокойном режиме, без сильного напряжения, а это желание никак не увязывалось со сталинской экономической моделью – при ней всем начальникам надо было трудиться, не щадя собственных сил, в поте лица своего.
Правда, в наши дни высказывается и иное мнение: к середине 1960-х годов советская экономика настолько усложнилась, что осуществлять её планирование строго из центра, как это делалось при Сталине, уже не представлялось возможным. Но сия точка зрения, на мой взгляд, не выдерживает критики. Так, ещё в 1958 году пионер советской кибернетики и информатики А.И.Китов выдвигал идею о создании системы управления экономикой СССР на основе единой сети ЭВМ в общесоюзном масштабе.
Анатолий Иванович Китов (годы жизни: 1920-2005)
Чуть позже примерно того же самого добивался советский математик В.М.Глушков – он для более эффективного управления экономикой предлагал организовать Общегосударственную автоматизированную систему учета и обработки информации (ОГАС). Если бы их идеи были реализованы, то получить, обобщить и проанализировать весь массив информации о народном хозяйстве СССР, а затем на её основании разработать в Москве реалистичные планы экономического развития страны, было бы вполне по силам. К сожалению, советским руководством, в том числе и Косыгиным, данные идеи восприняты не были.
Виктор Михайлович Глушков (годы жизни: 1923-1982)
Восстановление отраслевого управления экономикой вновь превратило промышленность СССР в подобие единого завода. Но само по себе проблему падения темпов экономического роста это решить (по крайней мере, надолго) не могло (некоторое оживление наступило: вплоть до 1970 года темпы экономического роста немножко повышались, но затем, увы, снова начали снижаться). Для исправления ситуации требовалось принятие более серьёзных мер, в связи с чем советское руководство пошло на экономическую реформу, которую ныне все называют косыгинской (по имени того кто её политически продвинул — главы союзного правительства Косыгина).
Алексей Николаевич Косыгин (годы жизни: 1904-198о)
Задумана данная реформа была ещё в последние годы правления Хрущёва. В 1961 году на ХХII съезде КПСС он сказал: «Мы должны поднять значение прибыли, рентабельности. В интересах лучшего выполнения планов надо дать предприятию больше возможностей распоряжаться прибылью, шире использовать её для поощрения хорошей работы своего коллектива, для расширения производства». Вот как раз-таки получение прибыли предприятием и стало сердцевиной косыгинской реформы. Суть реформы сводилась к следующему…
Основным мерилом успешности работы предприятий (под ними понимались все осуществляющие хозяйственную деятельность юридические лица, включая колхозы и совхозы) отныне становилась их прибыльность. Чем больше прибыли (она определялась в рублях) получало предприятие, тем более экономически эффективным оно считалось (до реформы его экономическая эффективность оценивалась иначе: исходя из количества произведённой им продукции).
При этом спускаемые предприятию сверху планы приобрели более общий характер, число упоминаемых в нём позиций было значительно сокращено: с 30 до 9 (грубо говоря, государство давало предприятию задание сколько продукции надо произвести, а уже конкретный ассортимент этой продукции должно было определить само предприятие).
Чтобы у предприятий была заинтересованность в получении как можно большей прибыли, определённый её процент оставался в распоряжении предприятия. Оно формировало из этого процента три фонда: 1) фонд развития производства предприятия; 2) фонд материального поощрения работников предприятия; 3) фонд социально-культурного развития работников предприятия, строительства для них жилья и иных социальных объектов.
Оптовая цена, выпускаемой предприятием продукции, теперь формировалась так: к себестоимости продукции прибавлялся определённый государством процент рентабельности (то есть полностью свободного ценообразования введено не было).
Предполагалось, что естественное желание предприятий получить как можно более высокую прибыль подтолкнёт их к сокращению своей штатной численности, более бережливому отношению к используемым ресурсам (материалам, электроэнергии и т.д.), к заинтересованности выпустить как можно больше и как можно более востребованной (!!!) потребителями (в первую очередь гражданами) продукции.
По сути, косыгинская реформа была попыткой внедрить в социалистическую экономику элементы рыночной (то бишь капиталистической) экономики (упомянутые выше прибыль и рентабельность). Этим советское руководство, состоящее (отмечу!!!) из коммунистов, всерьёз рассчитывало улучшить социалистическую экономику, придать ей больший динамизм. (Упоминание прибыли как экономического рычага и стимула развития советской экономики чуть позже было даже включено в 16-ю статью новой Конституции СССР, принятой в 1977 году!!!).
В прессе западных стран стали появляться высказывания, что социалистический Советский Союз встал на путь строительства капитализма. И это, в общем-то, было правдой, поскольку получение прибыли есть краеугольный камень именно капиталистической экономики. Более того, косыгинская реформа противоречила экономическому учению марксизма, согласно которому (что я уже отмечал выше) в социалистической экономике производство ведётся ради удовлетворения потребностей, а не ради достижения прибыли. Однако данную теоретическую несостыковку реформы с марксизмом в СССР предпочли просто обходить вниманием.
Несмотря на все потуги советского руководства косыгинская реформа с треском провалилась и вот почему…
Во-первых, все хозяйствующие субъекты быстро смекнули, что самый простой способ повысить свою прибыльность – всеми правдами и неправдами повышать себестоимость выпускаемой ими продукции или предоставляемых ими услуг. Чем дороже будет себестоимость, тем более весомым в рублях станет процент рентабельности и, соответственно, выше окажется рублёвая прибыль.
(Допустим, если себестоимость продукции 1000 рублей, то после прибавления к ней 20-процентнов рентабельности оптовая цена станет 1200 рублей и прибыль составит 200 рублей. Если же себестоимость возрастёт до 2000 рублей, то после прибавления к ней того же процента рентабельности, оптовая цена станет 2400 рублей, а прибыль составит уже 400 рублей!!!).
То есть теперь стало очень выгодно работать бесхозяйственно – с как можно более высокими затратами. Именно так и начали поступать хозяйствующие субъекты. Это раскручивало инфляцию и росту производительности труда никак не способствовало.
Во-вторых, все хозяйствующие субъекты стали всеми правдами и неправдами большую часть полагающегося им процента прибыли переводить в фонд материального поощрения своих работников. Что можно понять: всем работникам (в том числе и руководителям), естественно, хотелось получать как можно более высокую зарплату. Зарплаты действительно росли и это тоже раскручивало инфляцию.
В-третьих, косыгинская реформа не сформировала, как предполагалось, повышенного стремления предприятий выпускать наиболее востребованную потребителями продукцию (а о такой цели реформы с самого её начала во всю трубили средства массовой информации: мол, отныне предприятия не будут придерживаться тупой погони за количественным валом выпускаемой продукции, которая по факту может оказаться никому не нужной, а станут, наконец, задумываться о производстве именно тех товаров, которые действительно жаждут приобрести потенциальные покупатели). Произошло это потому, что, как я уже отмечал выше, промышленность СССР на данном этапе развития советской экономики опять приобрела вид единого завода. Следовательно, она имела очень монополизированный характер, в силу чего экономическая конкуренция внутри неё была близка к нулю. Это позволяло предприятиям не беспокоиться о том, что их продукция по каким-то причинам (в том числе по причине конкурентной борьбы за покупателя) окажется не востребованной. Предприятия были уверены, что со сбытом произведённой ими продукции трудностей не возникнет — потребители купят её всю (проблема затоваривания магазинов невостребованной покупателями продукцией, как и в хрущёвские времена, по-прежнему возникала, но редко – такие случаи были исключениями, а не правилом). Ассортимент выпускаемой для продажи продукции, как и раньше, далеко не всегда оказывался на должной высоте (предприятия медленно реагировали на быстро изменяющиеся в покупательской среде потребности, вкусы, предпочтения, моду, не горели желанием предлагать покупателям что-то новое и необычное).
Советское руководство (в том числе и сам Косыгин) довольно быстро осознало, что затеянная экономическая реформа, не оправдывает себя. Но полного отказа от неё на данном этапе развития советской экономики так и не произошло. Предпринимались лишь попытки подкорректировать её: увеличивалось число плановых показателей, в распоряжении предприятий стало меньше оставляться полученной ими прибыли, ну и т.д. Однако все эти корректировки носили косметический характер, коренным образом изменить экономику страны в лучшую сторону ими не удалось.
Последнюю попытку оживить косыгинскую реформу, устранив ее недостатки, предпринял Андропов. С подачи последнего 14 июля 1983 года было принято совместное постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР «О дополнительных мерах по расширению прав производственных объединений (предприятий) промышленности в планировании и хозяйственной деятельности и по усилению их ответственности за результаты работы». Данное постановление расширяло права руководителей предприятий в расходовании их фондов (прежде всего фонда развития производства) и усилило зависимость зарплаты от объёмов сбыта выпускаемой продукции. 1 августа того же года был начат экономический эксперимент, охвативший почти все отрасли народного хозяйства. Суть его сводилась к следующему: расширить права предприятий (объединений) в области планирования, труда и заработной платы, провести техническое перевооружение предприятий за счет их собственных средств, установить в качестве главного оценочного показателя конечных результатов работы предприятия — реализацию его продукции с учётом соблюдения договорных обязательств.
Юрий Владимирович Андропов (годы жизни: 1914-1984)
Увы, эксперимент оказался неудачным. Предприятия опять всеми правдами и неправдами повышали заработную плату своим работникам, да ещё и всячески стремились добиться снижения для себя плановых заданий, в чём порой преуспевали (вследствие чего рост заработной платы получался выше роста производительности труда). По результатам всех упомянутых выше реформаторских потуг вывод напрашивался сам собой: любая попытка повысить самостоятельность предприятий фактически приводит к выплате их работникам незаработанной зарплаты и усилению инфляции!
Тем не менее, несмотря на неудачи косыгинской экономической реформы и её последующих редакций, советская экономика демонстрировала пусть и не бурный, как в сталинские пятилетки, но всё-таки постоянный экономический рост. Об этом опять же говорит статистика (а она, как известно, вещь упрямая!!!).
Так, рост национального дохода в СССР составил в 1966-1970 гг. (VIII пятилетка) — 7,8%, в 1971-1975 гг. (IХ пятилетка) – 5,4%, в 1976-1980 гг. (Х пятилетка) – 4,3%, в 1981-1985 гг. (ХI пятилетка) – 3,6%.
В те же пятилетки рост промышленной продукции в СССР составил в 1966-1970 гг. — 8,5%, в 1971-1975 гг. – 7,4%, в 1976-1980 гг. – 4,4%, в 1981-1985 гг. – 3,7%.
В те же пятилетки рост продукции сельского хозяйства (среднегодовое производство) в СССР составил в 1966-1970 гг. — 3,9%, в 1971-1975 гг. – 2,5%, в 1976-1980 гг. – 1,7%, в 1981-1985 гг. – 1,1%.
В те же пятилетки рост производительности труда в СССР составил в 1966-1970 гг. — 6,8%, в 1971-1975 гг. – 4,5%, в 1976-1980 гг. – 3,5% процентов, в 1981-1985 гг. – 3,1%.
В те же пятилетки рост реальных доходов на душу населения в СССР составил в 1966-1970 гг. 5,9%, в 1971-1975 гг. – 4,4%, в 1976-1980 гг.– 3,4%, в 1980-1985 г.г. – 2,1%.
В целом среднегодовые темпы экономического роста в СССР составили в 1966-1977 гг. (VIII пятилетка) – 7,8% (для сравнения в 1961-1965 гг., то есть в последние пять лет семилетки, рост был на 6,5%), в 1971-1975 гг. (IХ пятилетка) — 5,4%, в 1976-1980 гг. (Х пятилетка) – 4,3%, в 1981-1985 гг. (ХI пятилетка) – 3,6%. Это, конечно, было не сталинское экономическое чудо, но по мировым меркам выглядело очень даже неплохо (так, среднегодовые темпы экономического роста в 1966-1979 гг. составили: у Великобритании – 2,2%, у США – 3,1%, у ФРГ – 3,4%, у Франции – 4,4%).
Не в процентах, а в конкретных единицах продукции, рост советской экономики был тоже впечатляющим (количество выпускаемой продукции по большинству её видов увеличивалось регулярно!!!).
Например, производство холодильников в СССР составило в 1966-1970 гг. (VIII пятилетка) — 15 898 000 шт., в 1971-1975 гг. (IХ пятилетка) – 26 015 000 шт., в 1976-1980 гг. (Х пятилетка) – 29 572 000 шт.
Производство телевизоров в СССР составило в 1966-1970 гг. (VIII пятилетка) — 28 389 000 шт., в 1971-1975 гг. (IХ пятилетка) – 30 597 000 шт., в 1976-1980 гг. (Х пятилетка) – 36 100 000 шт., в 1981-1985 гг. (ХI пятилетка) — 43 482 000 шт.
Производство автомобилей в СССР составило в 1966-1970 гг. (VIII пятилетка) — 3 965 102 шт., в 1971-1975 гг. (IХ пятилетка) – 7 993 433 шт., в 1976-1980 гг. (Х пятилетка) – 10 636 000 шт.
Производство тракторов в СССР (на колёсном и гусеничном ходу) составило в 1966-1970 гг. (VIII пятилетка) — 2 111 000 шт., в 1971-1975 гг. (IХ пятилетка) – 2 531 000 шт., в 1976-1980 гг. (Х пятилетка) – 2 819 000 шт., в 1981-1985 гг. (ХI пятилетка) — 2 838 000 шт.
Производство зерна в СССР составило в 1966-1970 гг. (VIII пятилетка) – 838 млн. тонн., в 1971-1975 гг. (IХ пятилетка) – 908 млн. тонн, в 1976-1980 гг. (Х пятилетка) – 1020 млн. тонн., в 1981-1985 гг. (ХI пятилетка) – 1203,1 млн. тонн.
Производство мяса (говядины, телятины, свинины, баранины, козлятины, птицы, другого) в СССР составило в 1966-1970 гг. (VIII пятилетка) – 57,92 млн. тонн. (лидировала говядина), в 1971-1975 гг. (IХ пятилетка) – 70,11 млн. тонн (лидировала говядина), в 1976-1980 гг. (Х пятилетка) – 74,2 млн. тонн. (лидировала говядина), в 1981-1985 гг. (ХI пятилетка) – 81,12 млн. тонн (лидировала говядина).
Даже в тех случаях, когда рост единиц выпускаемой продукции не имел стабильно неуклонного характера, её количество, по меркам сегодняшнего дня, выглядело просто фантастическим!
Например, производство пассажирских самолетов (причём до последнего винтика из отечественных материалов!!!) в СССР составило в 1966-1970 гг. (VIII пятилетка) – 1371 борт, в 1971-1975 гг. (IХ пятилетка) – 1398 бортов, в 1976-1980 гг. (Х пятилетка) – 1026 бортов (для сравнения: в Российской Федерации в мирном 2021 году было произведено 12 пассажирских самолётов (увы, почти полностью из иностранных комплектующих), а в военном 2025 году — 1 пассажирский самолёт).
Строительство жилья в СССР составило в 1966-1970 гг. (VIII пятилетка) – 103,7 млн. кв. метров, в 1971-1975 гг. (IХ пятилетка) – 109 млн. кв. метров, в 1976-1980 гг. (Х пятилетка) – 105,5 млн. кв. метров (то есть произошло небольшое снижение метража в сравнении с предыдущей пятилеткой), в 1981-1985 гг. (ХI пятилетка) – 110,4 млн. кв. метров. По метражу на данном этапе советской экономики жилья строилось больше, чем даже в знаменитую кампанию массового жилищного строительства Хрущёва. При этом не менее 90% квартир советским гражданам государство предоставило абсолютно бесплатно!
Новый жилой микрорайон Москвы ( 1970 год)
Остальная часть квартир была построена на деньги самих граждан, вступивших в жилищно-строительные кооперативы. Члены кооператива должны были оплатить 20-30% стоимости квартиры сразу. Остаток суммы они выплачивали в рассрочку в 15-25 лет (для этого государство выдавало им ссуду под 0,5% годовых — фактически беспроцентный кредит). В 1970-х годах полная стоимость однокомнатной кооперативной квартиры составляла 3 тысячи рублей, трехкомнатной квартиры в зависимости от планировки — 5-7 тысяч рублей. (Квартиры стоили бы гораздо дороже, если бы производственная деятельность кооперативов не дотировалась из государственного бюджета. Около 70% расходов на строительство каждого кооперативного многоквартирного дома брало на себя государство!!!).
Брежневская жилая новостройка и ключи от ёё квартир
Следует также отметить, что теперь жильё (квартиры, прозванные народом «брежневками») строилось более комфортабельное!
Да, экономические успехи имелись, но имелись и экономические проблемы. Некоторые из них я уже упомянул, рассуждая о косыгинской экономической реформе. Но были и другие…
Так, темпы экономического роста в процентах продолжали снижаться. Советское руководство это морально задевало и, более того, пугало. (Хотя, на мой взгляд, особо пугаться было нечего, ибо невозможно бесконечно долго удерживать одинаково высокие темпы экономического роста. Если страна, образно говоря, в какой-то год произвела 10 тракторов, а в следующем году с конвейеров её заводов сошло 20 тракторов, то, значит, экономический рост составил 100 процентов. Но если в стране в год произвели 10 тысяч тракторов, то для удержания в следующем году экономического роста в прежних процентах необходимо будет произвести уже 20 тысяч тракторов, что весьма непростое дело. Согласитесь, уважаемые читатели, изготовить 10 тысяч дополнительных тракторов гораздо труднее, чем дополнительных 10 тракторов. В этом и коренится неизбежность снижения темпов экономического роста).
Кроме того, постоянная инфляция (она имела вялотекущий и скрытый характер, но никогда не затухала) приводила к повышению оптовых цен на всю выпускаемую продукцию. Соответственно, надо было повышать и розничные цены в магазинах. Но после произошедших в 1962 году массовых народных беспорядков в Новочеркасске советское руководство панически боялось поднимать розничные цены. Поэтому оно их искусственно сдерживало (повышения случались, но очень редко и в незначительных размерах), а разницу между высокими оптовыми ценами и низкими розничными ценами дотировало из государственного бюджета (например, дотировалось всё (!!!) продаваемое населению через госторговлю продовольствие). Это, с одной стороны, сдерживало экономический рост (госбюджет не был бездонным, денежных средств из него можно было выделить на дотации лишь в ограниченных суммах). С другой стороны, инфляция (а она выражалась в том числе и в росте зарплат советских людей) при твёрдых и низких розничных ценах в магазинах приводила к усилению товарного дефицита, что, разумеется, вызывало у граждан недовольство. При этом тотального товарного дефицита в СССР не было — имел место лишь дефицит отдельных особо пользовавшихся у советских людей популярностью товаров.
Книги знаменитых писателей — один из дефицитных товаров в брежневском СССР
Сложилась парадоксальная ситуация: советская экономика производила в огромных количествах сложнейшую технику (те же пассажирские самолёты), но не могла наладить выпуск в достаточных объёмах некоторых совершенно технологически несложных товаров. (Этой проблемы не возникло бы, не ликвидируй в своё время Хрущёв сталинские промысловые артели!!!).
Туалетная бумага — один из дефицитных товаров в брежневском СССР
Советское руководство хотело найти какой-нибудь нормальный выход из создавшегося экономического положения. Выход из него был один – восстановление сталинской экономической модели. Однако советское руководство так не посчитало, решило пойти по другому пути и вот когда оно по нему пошло и начался последний этап развития советской экономики, к рассказу о котором я перехожу.
Грампластинки с музыкой модных исполнителей — один из дефицитных товаров в брежневском СССР
Итак, советская экономика её шестого этапа (1985-1991 гг)…
Главным ответственным лицом за данный этап стал новый советский лидер – избранный 11 марта 1985 года генеральным секретарём ЦК КПСС М.С.Горбачёв (в дополнение к этому посту 25 мая 1989 года его избрали председателем Верховного Совета СССР, а 14 марта 1990 года – президентом СССР).
Михаил Сергеевич Горбачёв (годы жизни: 1931-2022)
Что представлял из себя сей человек? Он являлся представителем партноменклатуры (всё время работал в партийных структурах), прекрасно ориентировался в существовавшей в стране партийной системе и чётко осознавал правила игры в ней. Короче говоря, в партийной среде он чувствовал себя как рыба в воде. Партаппаратчиком он, спору нет, был очень ловким, знал, как понравиться своему начальству, а при необходимости и иным лицам, от которых зависела его карьера. Благодаря данным качествам и своей непомерной амбициозности (ещё одна из его черт) он смог вскарабкаться на самую вершину политической и государственной власти в стране. При этом Горбачёв, несмотря на то, что имел два высших образования (юридическое и экономическое), обладал очень узким кругозором, был малосведущ буквально во всех сферах (в том числе в экономике), в которых руководитель государства просто обязан хорошо разбираться (причём, как выяснилось позже, способности, позволяющие в них поднатореть, у него отсутствовали напрочь!!!), совершенно не отличался дальновидностью (не видел ничего дальше собственного носа!!!), был патологически раболепен перед капиталистическим Западом и явно склонен к пустой болтологии, в политике находился под сильнейшим влиянием своей супруги – Р.М.Горбачёвой, хотя и имевшей учёную степень кандидата философских наук и очень высокое мнение о своей персоне, но на самом деле остротой ума тоже не блиставшей.
Горбачёв со своей супругой Раисой Максимовной на отдыхе во Франции (1977 год)
И такой человек оказался во главе Советского Союза! К сожалению, в политической системе этой славной и великой державы не оказалось действенного механизма защиты от дурака (типа той, что имеется в современных автомобилях).
Горбачёв под присмотром своего телохранителя
Видимо, желая войти в мировую историю в качестве крутого (великого) правителя, Горбачёв на волне ликования (!!!) советского народа по поводу прихода к власти молодого и энергичного лидера вознамерился сотворить в СССР новое экономическое чудо. Как добиться его он не знал, никакой экономической программы у него не было. Однако он решил воспользоваться аморфными экономическими идеями своего уже почившего в бозе покровителя – Андропова, которые тот ввиду своей кончины не успел претворить в жизнь.
Партфункционер Горбачёв обхаживает Юрия Андропова во время его отдыха в Ставрополье
Так, Андропов ещё 22 ноября 1982 года на Пленуме ЦК КПСС говорил: «Намечено ускорить темпы развития экономики, увеличить абсолютные размеры прироста национального дохода». Горбачёв не забыл эти слова и в 1985 году на апрельском Пленуме ЦК КПСС провозгласил курс на экономическое ускорение. Ускорение предусматривало усиленное развитие советского машиностроения, что, как предполагалось, должно было послужить основой для технического перевооружения всего народного хозяйства.
Однако горбачёвский курс на ускорение не привёл к ожидаемым результатам. Капиталовложения в тяжелую промышленность положительного эффекта не давали (ускорения не получалось). Закупки нового импортного оборудования для промышленности привели к тому, что возник недостаток валюты для оплаты импорта продовольствия и товаров ширпотреба (ввиду их нехватки они, начиная с хрущёвских времён, частично ввозились из-за рубежа), что привело к ещё большему усилению товарного дефицита. Причинами, по которым забуксовал курс на ускорение, Горбачёв ломать себе голову не стал, а просто в 1987 году забросил его (он, вообще, был склонен к тому, чтобы не доводить начатые дела до конца).
В 1985 году Горбачёв вознамерился реализовать ещё одну идею Андропова – провести в СССР антиалкогольную кампанию (последний, будучи трезвенником, считал, что пьянство и алкоголизм замедляют рост экономики). 05 мая этого года по инициативе Горбачёва было принято совместное постановление ЦК КПСС и Совета министров СССР о развёртывании данной кампании. Постановление в том числе предусматривало с 1986 года проводить ежегодное сокращение объёмов производства водки и ликёро-водочных изделий, а к 1988 году полностью прекратить выпуск плодово-ягодных вин.
Но продажа спиртных напитков в СССР традиционно являлась одним из наиболее простых способов насытить потребительский рынок и сбалансировать государственный бюджет. Антиалкогольная кампания сильно ограничила возможности применения данного способа. В ходе реализации этой, прямо скажем, безумной кампании каждый год бюджетные доходы падали на 3-4 процента. В итоге за четыре года казна недополучила 63 миллиарда рублей! В конце концов, Горбачёв 8 сентября 1988 года вынужден был по-тихому прекратить антиалкогольную кампанию после бурного её обсуждения на Политбюро ЦК КПСС (от нанесённого ею экономического удара советское государство оправиться уже так никогда и не смогло).
Помимо вреда, оказываемого советской экономике неразумной борьбой с пьянством и алкоголизмом, нелёгким грузом на неё легло ликвидация последствий случившейся 26 апреля 1986 катастрофы на Чернобыльской атомной станции (она обошлась государству в 8 миллиардов рублей), ликвидация последствий произошедшего 7 декабря 1988 года в Армении сильнейшего землетрясения (она обошлась государству в 13 миллиардов рублей).
Советская Армения после землетрясения (1988 год)
И вот на фоне всех перечисленных выше экономических неурядиц Горбачёв, потерпев фиаско с экономическим ускорением, в конце 1986 году не придумал ничего умней, как попытаться реализовать другую идею Андропова: мощно внедрить в советскую экономику элементы рыночной экономики, сделав их преобладающими. По сути, это означало, ничто иное как полное разрушение советской экономики, но сего Горбачёв на тот момент, похоже, не понимал в силу своей воистину чудовищной глупости.
Задумано – сделано! 19 ноября 1986 года Верховный Совет СССР принял закон «Об индивидуальной трудовой деятельности граждан СССР» (введён в действие с 1 мая 1987 года), которым допускалась индивидуальная трудовая деятельность в сфере кустарно-ремесленных промыслов, сельского хозяйства, бытового обслуживания населения, а также другие виды деятельности, основанные на личном труде граждан и членов их семей. Вообще-то, такая деятельность в стране была разрешена ещё со времён НЭПа (право советских граждан на неё даже оговаривалось статьёй 17 Конституции СССР 1977 года). Но теперь данный закон не запрещал частникам-индивидуалам производить на продажу промышленные товары из покупных сырья и материалов. Свою продукцию и услуги они вправе были продавать не по твёрдым государственным, а свободным ценам.
Торговля продукцией, произведённой в ходе индивидуальной трудовой деятельности (1988 год)
13 января 1987 года Совет Министров СССР принял два постановления: «О порядке создания на территории СССР и деятельности совместных предприятий, международных объединений и организаций СССР и других стран – членов СЭВ», «О порядке создания на территории СССР и деятельности совместных предприятий с участием советских организаций и фирм капиталистических и развивающихся стран». Они разрешали создание на территории СССР совместных предприятий и их филиалов (филиалы разрешалось создавать за пределами СССР) с участием советских организаций и иностранных организаций/фирм. Совместные предприятия были наделены правом осуществления самостоятельной деятельности, связанной с проведением экспортных и импортных операций, по определяемым ими самими ценам.
В феврале 1987 года Совет Министров СССР издал целый пакет постановлений, направленных на возрождение кооперативного сектора: «О создании кооперативов общественного питания», «О создании кооперативов по бытовому обслуживанию», «О создании кооперативов по производству товаров народного потребления». Уже к июлю 1987 года в стране насчитывалось 9124 кооператива. Свою продукцию и услуги они также вправе были продавать по свободным ценам.
30 июня 1987 года Верховный Совет СССР принял закон «О государственном предприятии (объединении)». Данным законом предприятия переводились на хозрасчёт и самофинансирование. Отныне предприятия не отвечали по обязательствам государства, а государство не отвечало по обязательствам предприятия (то есть предприятия только номинально оставались государственными, их директоров государство уже не назначало — их избирали трудовые коллективы). Предприятия получили право самостоятельно расходовать свою прибыль, остающуюся у них после расчётов с государством.
26 мая 1988 года Верховный Совет СССР принял закон «О кооперации в СССР», который на законодательном уровне разрешил создание и деятельность потребительских и производственных кооперативов в сельском хозяйстве, промышленности, строительстве, на транспорте, в торговле и общественном питании, в сфере платных услуг и других отраслях производства и социально-культурной жизни (то есть во всех сферах!!!).
2 декабря 1988 года постановлением Совета Министров СССР «О дальнейшем развитии внешнеэкономической деятельности государственных, кооперативных и иных общественных предприятий, объединений и организаций» и его же постановлением от 18 мая 1989 года «О развитии хозяйственной деятельности советских организаций за рубежом» предприятиям и иным организациям был разрешён прямой выход на внешний рынок (то есть фактически была отменена монополия государства на внешнюю торговлю!!!).
26 ноября 1990 года Горбачёв как Президент СССР подписал указ «О введении коммерческого курса рубля к иностранным валютам и мерах по созданию общесоюзного валютного рынка», чем ввёл конвертируемость советского рубля. Отныне рубль совершенно свободно стал обмениваться на иностранную валюту.
К чему привели эти реформаторские нововведения? К ужасным для советской экономики последствиям.
Так, частники-индивидуалы и кооператоры очень скоро стали вступать в сговор с руководителями государственных магазинов (конечно, за материальное вознаграждение последним) и скупать у них почти все магазинные товары по низким государственным ценам. Из купленных в государственных магазинах сырья и материалов они производили свою продукцию (одежду, обувь и др.) и затем реализовывали её втридорога уже по рыночным (как тогда говорили: по договорным) ценам.
Продовольственные товары и товары ширпотреба, скупаемые таким же образом в государственных магазинах, кооператоры просто тупо перепродавали населению через кооперативные магазины по немилосердным рыночным ценам (кстати, кооператоров-торговцев было несоизмеримо больше кооператоров-производственников!!!).
Кооперативный обувной магазин в СССР с обувью по высоким свободным ценам (1990 год)
В итоге прилавки государственных магазинов оказались практически пустыми (именно в этот момент товарный дефицит в советской гостороговле приобрёл тотальный характер!!!).
Государственный обувной магазин в СССР с обувью по низким фиксированным ценам (1990 год)
Государственные магазины предлагали покупателям только очень небольшой выбор товаров, которые последние могли приобрести (за редким исключением) лишь по талонам и в малом количестве (нарушить снабжение населения товарами по талонам руководители этих магазинов не решались).
То есть советская экономика благодаря реформам Горбачёва стала трещать по швам!
Получившие самостоятельность государственные предприятия воспользовались ею для безудержного повышения зарплат своим работникам, что превратило инфляцию из вялотекущей в стремительную. Но это было ещё полбеды… Государственные предприятия оказались окружёнными кооперативами, которыми верховодили лица, связанные преступными договорённостями с руководителями этих предприятий. Последние с помощью сих кооперативов прокручивали всевозможные преступные операции: сбывали налево произведённый государственными предприятиями товар, под видом продажи разворовывали государственное имущество и сырьё, оплачивали услуги кооперативов, которые те либо вообще не выполняли либо выполняли только на бумаге, ну и т.д.
Ликвидация монополии государства на внешнюю торговли привело к тому, что сразу же начался губительный для экономики страны вывоз (вывод) за рубеж как сырья и товаров (в СССР в твёрдых государственных рублёвых ценах они стоили дёшево, а на внешем рынке за иностранную валюту их можно было продать уже по свободным ценам с большущей для себя выгодой!!!), так и капиталов, предприятия-экспортёры (фактически их руководители) получали в своё распоряжение огромные суммы валютной выручки, которые тут же оседали за границей на счетах иностранных банков (с введением свободной конвертируемости советского рубля осуществление вывода капиталов значительно упростилось!!!). При этом у государства не хватало валютных средств, чтобы рассчитаться по своим внешним долгам. Для ухода от государственного контроля при проведении внешнеторговых операций государственные предприятия активно использовали кооперативы (некоторые из них даже зарегистрировали себя в качестве негосударственных банков!!!) и совместные предприятия (последние не получили широкого распространения в СССР, так как зарубежные фирмы не захотели инвестировать свои капиталы в советскую экономику; если такие предприятия и создавались, то, как правило, лишь в целях осуществления внешнеторговых махинаций).
К началу 1990-го года в советской экономике разразился сильнейший кризис, начался экономический спад. Казна была пуста, Горбачёв вынужден был прибегнуть к внешним займам. Но собственные ошибки его ничему не научили. 16 мая 1991 года он упразднил в СССР Госплан и тем самым произвёл полный демонтаж плановой экономики, что привело к разрыву экономических связей между предприятиями и, соответственно, к экономическому коллапсу – 26 декабря 1991 года Советской Союз прекратил своё существование.
Горбачёв, первый и последний президент СССР, ушёл в отставку, получив от главы российского государства Бориса Ельцина более чем солидную ежемесячную пенсию (сначала в размере своего последнего президентского оклада, а в 1994 году — в сумме 40 минимальных размеров пенсии по старости, что под конец его жизни, учитывая, что минимальная пенсия в Москве составляла 21193 рубля, соответствовало 850 тысячам рублей!!!) и, понятно, до конца своих дней жил сытно и безбедно.
Раскаиваться за то, что наворотил, у него желания не возникло. Как, впрочем, не появилось у него и мысли постыдиться с нескрываемой и большой гордостью, уже находясь в отставке, принимать от зарубежных государств множество наград. Умер он 30 августа 2022 года и после отпевания по православному обряду (хотя всегда утверждал, что атеист!!!) был с пышными государственными почестями (в том числе с оружейным салютом) похоронен в Москве на престижном Новодевичьем кладбище.
Горбачёв в 2008 году с американской медалью Свободы за окончание холодной войны (по сути, за победу в ней США)
Итак, подытоживая обзор истории советской экономики, можно сделать однозначный вывод, что самым успешным и эффективным этапом её развития оказался период сталинской экономики. Именно сталинской экономической модели и следовало придерживаться далее, поскольку именно она и была самой настоящей социалистической экономикой. Однако экономическая теория социализма так и не доросла до этого вывода. В итоге произошло то, что в своё время предрекал Сталин (напомню, он говорил: «Без теории нам смерть, смерть!»).
В то же время следует обратить внимание на то, что, если опустить последние годы самоубийственного горбачевского правления, советская экономика и в послесталинское время всегда демонстрировала приличный рост (имело место лишь замедление темпов экономического роста, но не остановка его!!!). Благодаря чему? Благодаря тому, что на разных этапах своего развития советская экономика всегда сохраняла ряд особенностей (их можно назвать ещё принципами), придававших ей силу и устойчивость. Особенности (принципы) эти были следующими (перечислю их попунктно).
Первое… Плановый характер экономики, позволявший развивать народное хозяйство страны в нужном государству и обществу направлении и при этом избегать кризисов перепроизводства.
Второе… Преимущественное развитие группы отраслей А (производство средств производства) по отношению к группе отраслей Б (производство предметов потребления), без чего рост советской экономики если и был бы возможен, то лишь черепашьими шагами.
Третье… Ориентирование советской экономики на внутренний рынок, что придавало ей независимость от экономической ситуации на внешнем рынке. Внешняя торговля для советской экономики играла только вспомогательную роль.
Четвёртое… Монополия государства на внешнюю торговлю. Она позволяла не допускать вывоза (вывода) за рубеж сырья и капиталов, в которых нуждалась народное хозяйство внутри страны.
Пятое… Отсутствие свободной конвертируемости рубля на иностранную валюту (исключение составил только период НЭПа). Это лишало всякий смысл выводить рублёвую массу за рубеж и затрудняло деятельность теневых дельцов по переводу в иностранную валюту рублей, полученных ими от коммерческой и иной незаконной деятельности.
Шестое… Наличие независимого внутреннего ценообразования. Благодаря ему советской экономике был безразличен курс иностранной валюты (например, доллара США). Какой бы он ни был, цена, например, той же картошки или молока внутри страны не менялась. Достигалось такое ценообразование тем, что: 1) товары зарубежных производителей допускались на внутренний рынок лишь в незначительном объёме; 2) почти все необходимые для хозяйствующих субъектов и населения товары производилось внутри самой страны (эти два обстоятельства сами по себе также являлись важнейшими особенностями советской экономики, укрепляющими её).
Седьмое… Направленность советской экономики на улучшение материального благосостояния работников наёмного труда. В СССР их труд как руководство страны, так и руководство хозяйствующих субъектов всегда стремилось оплачивать в как можно больших размерах. Это укрепляло покупательную способность населения и, соответственно, внутренний рынок, что стимулировало промышленность и сельское хозяйство на увеличение производимой продукции. (В капиталистических странах, наоборот, капиталисты всегда стремятся платить наёмным работникам как можно меньше, чтобы снизить себестоимость производимой продукции и повысить её конкурентоспособность на рынке, что рано или поздно приводит к кризису перепроизводства).
Восьмое… Мощнейший государственный сектор экономики, позволявший государству при необходимости не ограничиваться сбором с хозяйствующих субъектов одних лишь налогов, а брать у них всё что требовалось государству и перенаправлять изъятое на нужные государству и обществу участки экономического фронта.
Девятое… Само собой разумеющаяся монополия государства на сверхдоходы от продажи сверхприбыльных товаров (алкогольной продукции, табачных изделий, соли, нефти, газа и др.).
Десятое… Наличие у государства гарантированной возможности обеспечивать работу (в ряде случаев буквально обеспечивать содержание) отдельных предприятий или даже целых отраслей (например, ракетостроения, авиастроения), которые не смогли бы существовать сами по себе, но без которых экономика не способна приобрести соответствующий духу времени передовой вид. Возможность эту предоставляла целостность и тесная взаимосвязанность советской экономической системы, в которой вопрос самоокупаемости имел значение прежде всего не для отдельных предприятий или отраслей, а для всей системы в целом.
Одиннадцатое… Отсутствие (за исключением периода НЭПа) капиталистов (в том числе крупных, у которых денег — куры не клюют!!!). В СССР никто не мог направить огромные денежные средства на строительство себе дворцов, яхт, содержание собственных футбольных команд и на прочие подобные непроизводственные цели.
Перечисленные выше особенности (принципы) советской экономики, помимо того, что создавали Советскому Союзу условия для наращивания его экономической (в том числе промышленной) мощи, обеспечивали ему также экономическую независимость от наиболее передовых и более богатых капиталистических держав (в том числе от сверхдержавы – США), давали ему возможность говорить с ними на равных!
Сейчас часто говорят, что СССР, начиная с брежневских времён, сидел на нефтяной игле и рухнул по той причине, что финансово обанкротился из-за падения мировых цен на нефть. Но это неправда! Да, нефтяные доходы для Советского Союза были не лишними, но они совершенно не играли для него жизненно важной роли. (Далее, рассуждая по данному вопросу, я буду опираться на научную статью В.В.Волкова «Миф о зависимости СССР от продажи нефти», вот ссылка на неё — https://cyberleninka.ru/article/n/mif-o-zavisimosti-sssr-ot-prodazhi-nefti/viewer).
Дело в том, что подавляющую часть своей нефти Советский Союз поставлял не за иностранную валюту и не по мировым ценам на нефть (!!!), а за виртуальные переводные рубли (то есть фактически по бартеру, получая взамен от стран, принявших советскую нефть, их товары – страны эти преимущественно относились к числу социалистических). Например, в 1980 году такие нефтяные поставки (включая поставки не только сырой нефти, но и нефтепродуктов: дизеля, мазута и др.) составили 77%, в 1985 году – 76%, в 1989 году – 79% от всего нефтяного экспорта. В случае обрушения обратных поставок товаров Советский Союз без них (то есть без венгерских автобусов «Икарус», чехословацких мотоциклов «Ява», болгарских сигарет «Ту-134», ну и далее по списку) мог вполне обойтись.
За иностранную валюту Советский Союз продавал нефть в основном капиталистическим странам. Однако в силу того, что эти нефтяные поставки составляли гораздо меньшую часть его нефтяного экспорта, доходы от них просто физически не могли быть очень значимыми для его бюджета. Например, в 1987 году государственный бюджет СССР пополнился доходами от продажи нефти в капиталистические страны на 5 570 653 360 рублей (в пересчёте с иностранной валюты на отечественную). Национальный доход СССР в 1987 году составил 599,6 млрд рублей. То есть в нём доля от продажи нефти в капиталистические страны составила какие-то мизерные 0,92%. Таким образом, слышать ныне про сидение Советского Союза на нефтяной игле просто смешно!
Экспорт нефти для Советского Союза не являлся судьбоносным ещё и потому, что куда более крупные объёмы добываемой им нефти шли вовсе не на экспорт, а на внутреннее потребление. Например, в 1980 году на экспорт ушло только 26,6% добытой советской нефти (из них нефтепродукты — 6,9%), в 1985 году – 28,01% (из них нефтепродукты – 8,31%), в 1988 году – 32,8% (из них нефтепродукты – 9,7%), в 1990 году 27,8% (из них нефтепродукты — 8,7%). Был бы нефтяной экспорт очень значим для СССР, то соотношения между экспортом и внутренним потреблением нефти оказались бы прямо противоположными! (Возьмём, допустим, постсоветскую Россию. В 2009 году она добыла 494 млн тонн нефти и отправила на экспорт 371 млн тонн нефти (из них 124 млн тонн – нефтепродукты), то есть аж 75,1% годовой добычи!!! Вот это действительно указывает на воистину жизненную значимость для неё нефтяного экспорта).
Карикатура ХХI века… Критическая зависимость российской экономики от нефтяного экспорта
В наши дни антисоветчики постоянно талдычат, что советская экономика была неизлечимо больна товарным дефицитом, умопомрачительными трудностями в покупке модных импортных вещей. Однако эта их болтовня тоже неправда!
Товарный дефицит как постоянное явление появился в Советском Союзе только при Хрущёве (примерно в середине его правления) и обусловлен он был, во-первых, инфляцией (при ней, если розничные цены в магазинах твёрдые, товары начинают исчезать с прилавков), а во-вторых, упорным нежеланием советского руководства повышать розничные цены (слишком добреньким было советское руководство!!!). Но разве это явление можно считать неизлечимым? Нет! Товарный дефицит в магазинах исчез бы полностью и навсегда (!!!), если бы государство регулярно поднимало розничные цены в соответствии с уровнем инфляции. Тогда складывалась бы ситуация, схожая с ситуацией на советских рынках (они уже не были строго колхозными, в послесталинские времена подавляющее большинство их торговцев являлись частниками), которые никогда не знали фиксированных цен. На рынках они всегда определялись исключительно спросом и предложением, вследствие чего никакого дефицита товаров, разрешённых государством к продаже посредством рыночной торговли (например, мяса), там не наблюдалось.
1981 год… Центральный рынок Новокузнецка. Видно, что мясо на нём явно не в дефиците!
Эффективность такого способа борьбы с товарным дефицитом доказывает и опыт демократической России: 1 января 1992 года в её государственных магазинах цены были твёрдыми и низкими, не соответствующими уровню инфляции, и на прилавках было пусто; 2 января 1992 года произошла либерализация цен — они мгновенно стали высокими и магазинные прилавки сразу «под завязку» заполнились товарами.
2 января 1992 года… Реакция российских покупателей на либерализованные цены
Импортные товары (заграничную обувь, одежду, пиво, вино и др.) купить в Советском Союзе действительно было непросто (но всё-таки можно!!!). Если они появлялись в магазинах, то сразу образовывалась длинная очередь из желающих их приобрести (это были как раз те дефицитные товары, купить которые советские граждане хотели больше всего). Но почему таких товаров в СССР продавалось мало? Да потому, что, если бы их продавалось много, разорились бы советские предприятия, производящие аналогичную продукцию.
1980-е годы… Очередь в советском универмаге за импортной обувью из Югославии
Надеюсь, никто из вас, уважаемые читатели, не будет спорить с тем, что глупо активно поддерживать иностранных товаропроизводителей и тем самым губить товаропроизводителей отечественных. Последних советское государство совершенно правильно оберегало своей протекционистской политикой. Без такой политики Советский Союз никогда не добился бы экономического суверенитета! Можно сказать, что отсутствие импортных товаров в желаемых советскими гражданами объёмах (то есть дефицит этих товаров) было платой за экономическую независимость СССР, без которой любой стране маячат только самые мрачные перспективы!
1980 год… Советский обувной магазин — обуви полно, но не импортной!
Можно сказать, что отсутствие импортных товаров в желаемых советскими гражданами объёмах (то есть дефицит этих товаров) было платой за экономическую независимость СССР, без которой любой стране маячат только самые мрачные перспективы!
1970-е годы… Советский магазин — все товары отечественного производства!
Тем не менее дефицит импортных товаров в СССР тоже можно было легко устранить, причём без вреда для собственных товаропроизводителей. Для этого лишь требовалось открыть специализированные коммерческие магазины (или особые секции в обычных магазинах), в которых продавались бы самые разнообразные иностранные товары, но по очень высоким ценам.
1980-е годы… И в этом советском магазине импортных товаров тоже не видать!
У страстных поклонников зарубежного барахла и импортной жратвы (или пойла) сразу появилась бы возможность, хорошо раскошелясь, без долгих поисков и нудного стояния в очередях купить в них всё, что их душенька пожелает. Тогда бы никто не говорил, что импортные товары в СССР — страшнейший дефицит. Жаль, что советское руководство не догадалось пойти по такому пути.
Архангельск, 1963 год… Напитки в продуктовом магазине — их много, но только советские!
Сейчас нередко высказываются сожаления по поводу того, что советская экономика в эпоху Горбачёва не пошла по пути развития экономики позднего социалистического Китая. Мол, если бы Горбачёв действовал так же, как действовал, начиная с 1978 года, коммунист-реформатор Дэн Сяопин, то советская экономика преобразилась и стремительно помчалась вперёд без остановок, словно курьерский поезд. Однако такого рода суждения тоже ошибочны и вот почему.
Дэн Сяопин (годы жизни: 1904-1997)
За счёт чего Дэн Сяопин добился быстрого экономического роста Китая? За счёт хлынувшего в Китай бурного потока частных инвестиций из капиталистический стран! Почему же иностранные капиталисты так охотно стали инвестировать свои капиталы в китайскую экономику? Да потому, что в Китае имелась возможность производить дешёвые, а значит, очень конкурентоспособные на мировом рынке товары. Наличие же такой возможности было обусловлено следующим.
Вечерний Шанхай… Таким стал социалистический Китай после реформ Дэн Сяопина
Во-первых, значительная часть Китая (а именно, его центральные и южные регионы) находится в зоне мягких климатических условий. Например, зима в Шанхае (центральный регион Китая) — это от +3 до +10 градусов выше нуля (теплей, чем в Сочи!!!). Соответственно, работающие в Китае заводы и фабрики при осуществлении производственной деятельности могут прилично экономить на отоплении цехов, сами цеха могут сооружаться из лёгких недорогостоящих конструкций, установка последних не требует строительства мощных фундаментов. Всё это приводит к уменьшению производственных издержек (как при возведении заводов и фабрик, так и при их эксплуатации), и, соответственно, к более низкой себестоимости выпускаемой китайской промышленностью продукции.
В-вторых, Китай ввиду огромной численности своего населения располагал гигантским количеством рабочих рук, способных удовлетворить потребности в трудовой силе для строительства и эксплуатации необычайно большого числа новых заводов и фабрик.
Социалистический Китай до реформ Дэн Сяопина
В-третьих, рабочие Китая (на тот момент влачившие полунищенское существование) готовы были ударно вкалывать на заводах и фабриках (равно как и на их строительстве) за очень невысокую заработную плату и при очень низких социальных гарантиях (тогда они даже не имели права на пенсионное обеспечение в старости, а значит, работодателям не надо было уплачивать за них пенсионные взносы!!!), что тоже существенно удешевляло себестоимость продукции, выпускаемых на этих заводах и фабриках.
Незатейливый быт китайских граждан до реформ Дэн Сяопина
В Советском Союзе ничего подобного не было. Подавляющая часть его территории находилась в зоне холодного климата, населения в нём было несравнимо меньше, нежели в Китае (в СССР, вообще, существовала проблема нехватки рабочих рук даже на уже введённых в эксплуатацию предприятиях; резерв потенциальных работников для новых предприятий, которые, допустим, построили бы, в стране был очень невелик!!!), да и зарплату советским рабочим требовалось платить немаленькую (по-другому никак: она должна была обеспечивать им возможность покупать себе и членам своих семей одежду и обувь на четыре сезона, оплачивать отопление в своём жилье, удовлетворять их уже сформировавшиеся к тому времени культурные потребности, типа отдыха на море, посещений концертов, театров и т.д.). Да и социальная защищенность у советских рабочих была нехилой: они имели право на пенсионное обеспечение в старости, бесплатное получение благоустроенного жилья (очень дорогостоящего в холодном климате!!!), бесплатное получение путёвок в санатории и т.д. Всё это объективно удорожало производство и, конечно, отпугивало иностранных инвесторов (неслучайно при Горбачёве они почти не проявили интереса к участию в совместных предприятиях, создание которых он разрешил). Таким образом, китайский путь развития для советской экономики был совершенно невозможен! Советской экономике нужно было идти своим путём, а чтобы этот путь был успешным, требовалось (ещё раз повторюсь) восстановить сталинскую экономическую модель! Досадно, что этого не сделали…
Быт советских граждан в 1980-е годы
Ладно, поехали дальше… Советский Союз распался, на его самом крупном обломке осталась уже не советская (социалистическая), а демократическая (капиталистическая) Россия. Она сразу отвергла советскую экономику, отбросив упомянутые выше принципы последней как ненужный хлам, и решила, что ей более подходит чисто рыночная (то бишь капиталистическая) экономика. Идеологи такого выбора (небезызвестные Е.Т.Гайдар, Чубайс и прочие представители компании близких им по мировоззрению людей) полагали, что рынок сам отрегулирует российскую экономику, чем сделает её эффективной, а если будут возникать какие-то проблемы – международное капиталистическое сообщество поможет их решить, то есть продаст России то, чего у последней не окажется в наличии (для чего её экономику непременно следует сделать открытой и встроить в мировую систему капиталистической экономики!!!). Также сии «светочи экономической мысли» были уверены в том, что приватизация государственных предприятий (а заодно и колхозов) образует слой рачительных хозяев-собственников (капиталистов), которые будут куда лучше государства управлять этими хозяйствующими субъектами и приведут их к процветанию. Увы, они были в корне неправы! Их стараниями экономическое развитие России пошло по абсолютно бесперспективному пути, который в конце концов приведёт её (если она, конечно, с него вовремя не свернёт) к гибели!
Пресс-конференция Егора Гайдара (справа) и Анатолия Чубайса (слева)
И как же именно оно пошло?
После того, как российская экономика власть предержащими реставраторами капитализма почти моментально была открыта для мировой капиталистической экономики (и в России тут же приказало долго жить независимое внутреннее ценообразование!!!), подавляющая часть отечественных предприятий, исчисляемая многими десятками тысяч (!!!), оказалась неконкурентоспособной и, спустя непродолжительное время, они попросту обанкротились и закрылись: большинство их помещений были заброшены, поросли бурьяном или даже снесены, некоторым их цехам повезло больше – они были переоборудованы в торговые и развлекательные центры.
(Причём данные предприятия совершенно не спасло от разорения то, что после спешно проведенной приватизации, они уже управлялись не государственными директорами, а частными собственниками и их менеджерами!!!).
Да по-другому (что легко прогнозировалось!!!) и быть не могло, ведь в России в силу её холодного климата промышленное производство в условиях свободных рыночных отношений сразу оказалось слишком дорогим, вследствие чего его продукция не могла тягаться на рынке с аналогичной, но более дешёвой (учитывая соотношение цена-качество) зарубежной продукцией (китайской и прочей).
Таким образом, если в ходе сталинских пятилеток в стране прошла индустриализация, то теперь в стране произошла самая настоящая деиндустриализация. Отныне на полном основании можно было перефразировать когда-то сказанное Сталиным на прямо противоположное.
Оно прозвучало бы примерно следующим образом: «У нас было мощное авиастроение. Теперь у нас его нет. У нас было мощное кораблестроение. Теперь у нас его нет. У нас была сильная автомобильная промышленность. Теперь у нас её нет. У нас была сильная тракторная промышленность. Теперь у нас её нет. У нас было своё машиностроение. Теперь у нас его нет. У нас было своё станкостроение. Теперь у нас его нет», ну и т.д.
Так стоило ли тогда, вообще, в период президентства Бориса Ельцина, полностью отказываться от советской экономики, заменяя её на капиталистическую? Разумный ответ может быть только один: нет! Советскую экономику надо было реформировать и улучшать, но ни в коем случае не разрушать!
Борис Ельцин в своей московской квартире на Рублёвском Шоссе
Что касается российской экономики (уже капиталистической), то следует признать: рынок действительно отрегулировал её, но, увы, не сделал эффективной. В мировой системе капиталистической экономики рынок отвёл России лишь место сырьевого придатка других капиталистических стран (к ним с некоторыми оговорками можно отнести и Китай, поскольку в нём, несмотря на то, что власть находится в руках коммунистов, экономика превратилась, по сути, в капиталистическую). Причём основным поставляемым за рубеж сырьём для России стали нефть и газ, месторождения которых были найдены и освоены в советские годы. Полученной от нефтегазового экспорта иностранной валютой Россия стала оплачивать поступающие к ней импортные товары, тем самым активнейшим образом поддерживая зарубежных товаропроизводителей.
В 2000-е — начале 2010-х годов мировые цены на нефть и газ были очень высокими, на Россию лился обильный дождь нефтегазовых долларов и евро (о подобном подарке судьбы Сталин, когда проводил индустриализацию в СССР, и мечтать не мог!!!). Россия разбогатела и даже позволила себе реализацию грандиозных повышающих на короткий срок её политический имидж проектов: провела у себя зимнюю Олимпиаду (в субтропическом Сочи!!!) и чемпионат мира по футболу, для чего построила множество сверхдорогих дворцов спорта и стадионов, впечатляющих своими циклопическими размерами. Иностранной валюты у российского государства появилось так много, что оно стало её сотнями миллиардов выводить за границу и вкладывать под небольшие проценты в ценные бумаги западных стран. Да и многие россияне в эти годы жили довольно неплохо (а кое-кто и богато!!!): покупали себе автомобили-«иномарки», выезжали на отдых за границу, ну и т.д. Но стоило ли России и её гражданам сильно радоваться этому? Нет и вот почему…
Советская экономика уничтожена… Предпочтение стало отдаваться строительству не заводов, а стадионов!
Во-первых, высокие мировые цены на нефть и газ не могут быть таковыми всегда. Они способны легко и резко упасть. Это, в частности, произошло в 2014 году, в результате чего российское государство и его граждане сразу заметно победнели.
Карикатура ХХI века… Россия и падение мировых цен на нефть
Во-вторых, международное капиталистическое сообщество, к сожалению, страдает хронической русофобией и потому, как только Россия начинает проводить независимый политический курс, оно обкладывает (даже в ущерб себе!!!) её различными санкциями (вплоть до полного отказа продажи ей своих товаров и бойкота покупки у неё нефти и газа). Для деиндустриализованной России такое экономическое давление – более чем суровое испытание (его она и переживает с 24 февраля 2022 года). Оно при определённом стечении обстоятельств может привести российскую экономику (Боже упаси её от этого!!!) к самой настоящей катастрофе!
Карикатура ХХI века… Антироссийские санкции
(В упрощённом виде сия катастрофа для обычного россиянина может предстать в таком виде… Допустим, захочет он купить телевизор. Но он не сможет его найти в магазинах, так как зарубежные страны телевизоры в Россию поставлять перестали, а в самой России эти телевизоры уже давным-давно никто не производит. Другой пример… Допустим, захочет россиянин купить себе рубашку. Но ему и её не удастся отыскать в магазинах, так как зарубежные страны рубашки в Россию тоже перестали поставлять, в России же с некоторых пор рубашек уже не шьют, поскольку на её швейные фабрики заграница отказывается поставлять соответствующее оборудование, которого в России, как и телевизоры, много лет также никто не производит. И подобных примеров будет не счесть!!!).
Карикатура ХХI века… Антироссийские санкции
В-третьих, нефть и газ исчерпаемые энергоресурсы (причём у России нефтяные запасы далеко не самые крупные в мире, а именно экспорт нефти даёт ей львиную долю валютных поступлений!!!). Что останется делать ей в условиях свободных рыночных отношений и собственной деиндустриализации, когда нефть и газ у неё закончатся? Только умереть!
(Ну а как не умереть? Экспортировать будет нечего, соответственно не будет иностранной валюты, чтобы купить за границей необходимые стране товары (в том числе средства производства), в России же производство этих товаров кануло в лету, те же производства, что ещё остались, работают на импортном оборудовании (а оно изнашивается и требует своей периодической замены), которое в самой России, конечно, тоже уже не производится. Построить заводы по производству такого оборудования (то есть средств производства) Россия не сможет, ибо для такого строительства она опять же не производит оборудования, а зарубежье не поставит его ей, ввиду отсутствия у неё иностранной валюты. Вот он — заколдованный круг!!!).
Карикатура ХХI века… Нефтегазовая зависимость России
Чтобы соскочить с нефтегазовой иглы и избежать в дальнейшем указанных выше печальных для себя последствий России необходимо срочно (пока, как говорится, поезд ещё не ушёл) произвести новую индустриализацию и опять превратиться в великую промышленную державу. Но как это сделать? Мне видится два способа: один более эффективный, но политически крайне сложный, другой менее эффективный, но политически более лёгкий.
Более эффективный способ заключается в восстановлении сталинской экономической модели, но уже в её современном компьютерно-цифровом варианте (технически это возможно, политически – очень затруднительно, сомневаюсь, что сделать это кому-либо сейчас по силам).
Менее эффективный способ заключается в восстановлении как можно большего числа принципов советской экономики (эту задачу в наши дни политически решить не столь сложно), что может выразиться в установлении монополии государства на продажу сверхприбыльных товаров (того же алкоголя), жёсткой протекционистской политики государства по отношению к отечественным товаропроизводителям (например, путём установления соответствующих таможенных тарифов), государственном ориентировании отечественной экономики на внутренний рынок (как это делать, можно ныне поучиться у Китая), ну и т.д. Уже, скажем, только одно восстановление монополии государства на внешнюю торговлю дало бы для реиндустриализации России огромные средства (эксперты-экономисты говорят, что за годы существования демократической России из неё, минуя государство, за рубеж легально (!!!), то есть без нарушения действующего законодательства, было выведено и безвозвратно осело там капиталов на несколько триллионов долларов США!!! Представьте, уважаемые читатели, как было бы круто, если бы эти колоссальные капиталы не убежали за границу, а пошли на промышленное развитие России).
Карикатура ХХI века… Капиталы бегут из России!
Что хочется сказать, завершая статью? Советская экономика создавалась напряжённым трудом (умственным и физическим) советских людей. Одни из них занимали высокие должности (и даже относились к числу вождей советского народа), другие были простыми работягами. Но все они, хотя порой кто-то из них и допускал серьёзные промахи, старались оставить будущим поколениям экономически могучую державу, и потому заслуживают уважения (к исключениям, пожалуй, следует отнести только Горбачёва и некоторых его ближайших сподвижников – к ним, на мой взгляд, ничего, кроме чувства блевотной брезгливости, возникнуть не может!!!). Однако вместо проявления уважения пришедшие им на смену поколения обругали, оплевали и прокляли их.
Ижевск в 1991 году, митинг… Так подвергалась остракизму советская экономика!
Сейчас пришло время признать эту ошибку, исправить её и, взяв на вооружение наработанный ими опыт, сотворить в России новое экономическое чудо!
Если вам понравилась статья, не забудьте поставить лайк! Комментарии к статье приветствуются! Если вы желаете получать уведомления о моих новых статьях, сделайте соответствующую подписку на сайте «Эрудит».
3 мая 2026 года
ПОСЛЕСЛОВИЕ: ДАМЫ И ГОСПОДА, РЕКОМЕНДУЮ ОЗНАКОМИТЬСЯ С ДРУГОЙ МОЕЙ СТАТЬЁЙ, В КОТОРОЙ Я ТАКЖЕ ЗАТРОНУЛ ТЕМУ СОВЕТСКОЙ ЭКОНОМИКИ. НАЗЫВАЕТСЯ ОНА: «КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ СЕЛЬСКОГО ХОЗЯЙСТВА В СССР — ПОЧЕМУ, ДЛЯ ЧЕГО И КАК ЕЁ ПРОВЕЛИ?». НАХОДИТСЯ ДАННАЯ СТАТЬЯ НА САЙТЕ «ЭРУДИТ»
С уважением, Иван Правдолюбов
P.S. Иллюстративный материал заимствован из общедоступных ресурсов Интернета, не содержащих указаний на авторов (кроме упомянутых выше) этих материалов и каких-либо ограничений для их заимствования.
Отличная статья! Жаль пока на сайте не полностью размещена. Но я с нетерпением жду ее продолжения!
Интересно, собирался ли Андропов восстанавливать в СССР сталинскую экономическую модель? Есть мнение, что Андропов идейно был очень похож на Сталина.
Уважаемый Денис Медведев, то, что хотел сделать и успел сделать в советской экономике Юрий Андропов описано в статье и из изложенного в ней видно, что никакой сталинской экономической модели он восстанавливать не собирался. Андропов более склонялся к внедрению в советскую экономику начал рыночной экономики.
СОВЕТСКАЯ ПРОПАГАНДА была КРАЙНЕ СЛАБА. Мне кажется, ОТВЕТСТВЕННЫМ ЛИЦАМ СОВЕТСКОГО ГОСУДАРСТВА (включая членов политбюро + штатных пропагандистов) следовало заниматься агитационной разъяснительной работой в таком же стиле, как написан автором текст настоящей статьи. Тогда «иноагентам» из ЦРУ и еврейским миллиардерам из США много трудней, да, и думаю, просто невозможно было бы развалить великую советскую державу. Впрочем, некоторые представители партийной элиты СССР имели ДРУГИЕ УБЕЖДЕНИЯ. Вот (неполный) список ТАКИХ лиц: ГОРБИ и его любимая жена RAYKA, ШЕВАРНАДЗЕ, ЯКОВЛЕВ, ЕЛЬЦИН и др. Это под их руководством выросла «достойная смена»: ГАЙДАР, ЧУБАЙС, АБРАМОВИЧ, БЕРЕЗОВСКИЙ…
Очень любопытно было узнать из статьи, что В.А.Торгашев мог купить себе автомобиль за 40000 рублей. Да только кто из советских граждан мог позволить себе купить такой дорогущий автомобиль? Наверное, только те, кто был похож на нынешних господ из топменеджеров какой-нибудь условной Роснефти. Последние тоже не знают проблем с деньгами и не замечают, что в России уже 5 год каждый день растут цены на продукты питания (ну и на автомобили тоже!).
Автор обошел в статье цену сталинской индустриализации в виде голодомора и 7 млн. умерших от него крестьян (для него это, видимо, пустяковые сопутствующие потери; мол, бабы еще нарожают, лес рубят — щепки летят).
Не сделал автор и вывод, сам собой напрашивающийся из материала, который он же сам и изложил в свое статье: без рыночной экономики обойтись невозможно, так как плановая экономика не способна удовлетворить потребительский спрос населения!
Плановая экономика хороша в кризисных моментах: война, эпидемия, катастрофы. В другое время более эффективна именно рыночная экономика! Думаю, неслучайно сталинская экономическая модель, кроме как в СССР, никогда и нигде больше не применялась. Да и вообще плановая экономика, сейчас уже нигде в мире не применяется в полной мере. Значит, что-то в ней не так! Но об этом автор статьи молчит.
Выдержка из статьи: «Нэпман мог построить кафе, магазин, мастерскую, но не завод или фабрику!!!» — чушь, конечно. Впрочем, пустозвонством является и вся статья. Нэпман не мог построить ни завода, ни фабрики, ибо в период новой экономической политики (НЭПа) законом СССР было установлено ограничение на размер частных промышленных предприятий. Согласно декрету Всероссийского Центрального Исполнительного Комитета (ВЦИК) и Совета Народных Комиссаров (СНК) от 7 июля 1921 года «О кустарной и мелкой промышленности», мелко-промышленными признавались предприятия, в которых было занято не свыше 10 или 20 наёмных рабочих, включая работающих у себя на дому. Гражданский кодекс РСФСР 1922 года (вступил в силу с 1 января 1923 года) также закреплял положение о том, что предметом частной собственности могут быть промышленные предприятия, имеющие наёмных рабочих в количестве, не превышающем предусмотренного особыми законами. Ограничения на размер предприятий были частью политики государства, которое стремилось сохранить «командные высоты» в экономике за собой, допуская частную инициативу лишь в мелком производстве и торговле. Однако на практике это ограничение часто нарушалось. К 1925 году существовали сотни предприятий, насчитывавших более 20 рабочих. Многие совнархозы вообще не регистрировали их, а другие регистрировали условно. Чтобы удовлетворить потребность экономики в укрупнении частных предприятий, Высший Совет Народного Хозяйства (ВСНХ) разрабатывал проекты изменений законодательства. Например, предлагался декрет, который устанавливал явочный порядок регистрации для частных предприятий с числом рабочих менее 20 и разрешительный — для предприятий с числом рабочих не более 50. Однако этот проект не был утверждён, и укрупнение частных предприятий происходило нелегально — в форме лжекооперативов и рассеянных мануфактур. Поэтому нэпманы предпочитали брать в аренду уже существовавшие заводы и фабрики,а не строить новые.
В ответ на комментарий Виктора от 11.06.2026. В статье все правильно написано! Даже если бы советское государство разрешило нэпманам строить индустриальные гиганты (типа «Уралмаша») — они не смогли бы и даже не попытались бы их строить! Для такого строительства у них, во-первых, просто не нашлось бы средств, а, во-вторых, следуя законам рыночной экономики, они вкладывали бы свои капиталы в те сферы и отрасли, в которых возможно было бы быстрое получение прибыли (в торговлю, если в промышленность, то в легкую). Точно так стали действовать (и действуют до сих пор) на территориях бывшего Советского Союза новоявленные предприниматели. Заводов они не строили, но активно строили торговые центры. В итоге в демократической России произошла почти тотальная деиндустриализация! Если была бы у советского государства имелись надежды на то, что нэпманы смогут провести индустриализацию, то НЭП не отменили бы, а нэпманы стали бы получать все большие и большие права. Но советское государство и его политический лидер (Сталин) таких надежд обоснованно не питали, в связи с чем, проявив благоразумие и дальновидность, прикрыли НЭП и перешли к проведению индустриалиции в СССР полностью за счет государственных средств.